Династии бывают и в тюрьме

Административное здание Централа, что стоит на бывшей улице Фрунзе, как и кабинет начальника тюрьмы, Сергей Малинин знает с младенчества: родительская комната располагалась на первом этаже. Оттуда лестница вела...

семейный альбом

Династии бывают и в тюрьме

Административное здание Централа, что стоит на бывшей улице Фрунзе, как и кабинет начальника тюрьмы, Сергей Малинин знает с младенчества: родительская комната располагалась на первом этаже. Оттуда лестница вела в отцов кабинет. За многие годы в этом здании дореволюционной постройки мало что изменилось. И в половине дома по-прежнему живут люди. Среди них отец начальника тюрьмы.

Полстолетия отдала Владимирскому централу династия Малининых. Старший – Александр Сергеевич – с 1954 по 1962 год был дежурным помощником начальника тюрьмы. Сын, Сергей Александрович, "перерос" отца – сегодня он начальник тюрьмы.

____________

Из родословной

Александр Малинин:

– Родоначальником нашей династии был мой отец. В Отечественную "дорос" до члена военного совета фронта. Но высокая должность не спасла от контузии и ранения. После госпиталя попал во Владимир. Назначен начальником лагеря военнопленных, которые отстраивали здания в центре города. Потом перешел в милицию. Начинал участковым инспектором микрорайона у вокзалов, дослужился до начальника паспортного стола облУВД.

_______________

– Это дед перетащил нашу семью из Тейкова во Владимир, – говорит Сергей Александрович. – Здесь мой отец поступил в школу милиции, нынешний юридический институт. И стал дежурным в Централе.

Кстати, мы долгое время и жили там же, в Централе. Квартиры многих работников до сих пор размещаются на территории тюрьмы.

Это сегодня обыватель не видит лиц тех, кого ввозят в тюрьму. Раньше металлического ограждения перед Централом со стороны улицы Фрунзе не было. Оно появилось сразу после начала чеченских событий. А после войны здесь был высокий деревянный забор.

Автозак с заключенными проезжал через ворота, останавливался прямо перед нынешним административным зданием, тогда штабом. Зэков ставили на корточки, по одному вводили. Мне было лет семь, я помню, как освобождали Пауэрса. В марте 1962-го высокий статный мужчина в черном костюме и белой рубашке вышел к красивым машинам.

И еще из детских воспоминаний. Иду по центру города с папой. Он – в синем кителе, сверху – штатское пальто. Когда его полы приоткрывались, люди видели кагэбэшную форму – шарахались в сторону, спешили уступить дорогу. Иные подходили: "Здравствуйте, гражданин начальник!" Спрашиваю отца: "Папа, а это кто был?" Он в ответ: "Тот-то, тот-то, сидел…". – "А не боишься его?" – "А чего его бояться, вышел и вышел…"

– Все дети как дети, кто мечтал стать пожарным, кто летчиком, а вы – в тюремщики. Неужели престижно было?

– Не думал я, что стану тюремщиком. Понимал, что опасна эта работа – на моих глазах совершались побеги, нападения на сотрудников…

Гуляю во дворе с соседскими пацанами. Вдруг крик охранников – через забор сиганул заключенный. Тут же погоня за ним… Словом, вся тюремная жизнь была передо мной. А когда вернулся из армии, мечтал стать офицером КГБ. Туда брали только после окончания института, а у меня высшего образования не было.

Поговорил по душам с отцом. Понял, что и для меня служба в тюрьме не страшна, что это обыкновенная работа, которая мне по плечу. А почему бы и нет, решил я. И поехал учиться в высшую школу милиции в Рязань. Позже закончил наш юридический институт. И вот как четыре года вернулся в здание, в котором провел детство, но уже как начальник Централа.

Когда отец пришел в систему исполнения наказаний, служба считалась престижной. Семья жила в достатке. Хотя велосипеда у меня не было, даже самокат я собирал из чермета. Зато проблемы, на что купить продукты, не было. Мать мне и брату каждый год к школе шила по костюму. В квартире стояла неплохая мебель.

В начале моей карьеры служба была престижной, но в последнее десятилетие денежное содержание сотрудников стало крайне скудным. Это привело к большому оттоку кадров: в начале года в неделю один-два молодых сотрудника увольнялись. Людей не хватает катастрофически и по сей день. Остаются сильные духом, верящие, что государство обратит внимание на наше полунищенское содержание.

Достаточно сказать, что моей зарплаты с трудом хватит на покупку нового недорогого дивана.

Кстати, в новую квартиру я с женой и ребенком переселился лишь под сорок лет, и то благодаря тому, что жена получила по очереди на своем предприятии.

На днях лед тронулся. С 1 июля зарплата подросла. Уже сегодня начинающие получат за июль в два раза больше, чем месяц назад. Конечно, меньше, чем дворник в столице, но тем не менее… С нового года обещают еще прибавку.

Вот тогда, надеюсь, в наш отдел кадров выстроится очередь желающих работать в тюрьме. Будет из кого выбирать. Нам нужны молодые ребята с трезвой головой: работа не требует большой физической силы – пришел на работу и надзирай. Как говаривали в старину, со времен Петра Первого, назвавшего службу окаянной, и день и ночь бди за тем, чтобы резки были не подпилены, параши не текли.

– А не хотите, чтобы сын продолжил династию?

– После окончания средней школы он было надумал. Я не тащил его на аркане. Но, поучившись около года на юрфаке, решил, что это не его стезя, и бросил. Сейчас учится на электромонтера в училище. По-моему, очень доволен выбором. Но не исключает перспективы когда-нибудь перейти на работу и сюда вольнонаемным сотрудником в производственные службы.

Подготовил Александр КЛЫГИН.

Фото автора
и Александра Сабова.

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике