Театр назначен ей судьбой

В наш меркантильный век актерская профессия к числу хлебных не относится. Актер от спектакля к спектаклю терзает собственную душу, растрачивая и сжигая себя ради других. Выдержать такой марафон...

В наш меркантильный век актерская профессия к числу хлебных не относится. Актер от спектакля к спектаклю терзает собственную душу, растрачивая и сжигая себя ради других. Выдержать такой марафон дано не каждому.

Заслуженная артистка РСФСР Жанна Хрулева на сцене уже полвека. В ее творческом багаже – сотни ролей. Есть что вспомнить и чем поделиться. На 27 мая назначен бенефис актрисы в спектакле по пьесе Сомерсета Моэма "Круг", в котором она сыграет главную роль леди Китти Чампион.
– Жанна Владимировна, что для вас театр?
– Театр – это моя судьба. Он сыграл ключевую роль в моей биографии. Мы жили в очень маленьком городе, который был весь опутан колючей проволокой. Политзаключенные монтировали здесь вывезенный из Германии нефтеперерабатывающий завод. Обстановка была угнетающая, а порой и просто опасная, случались кровавые потасовки, убийства, и построенный в Ангарске Дом культуры был центром притяжения для детей. Мы проводили там все свое свободное время.
– Вам повезло с педагогами?
– В силу того, что многие наиболее яркие представители культурной интеллигенции в то время оказались в сталинских лагерях, конечно, повезло… Освобождаясь, они не возвращались на большую землю, заводили новые семьи. Благодаря им долгое время наш Дом культуры считался самым сильным в СССР. Он был оазисом среди сплошной зоны.
С 5-го класса я начала заниматься в театральном кружке Дома культуры, увлечение театром захватило моих сестер и подруг. Когда я заканчивала школу, к нам приехала набирать абитуриентов приемная комиссия Щепкинского училища, и из всей Иркутской области мне выпал счастливый билет попасть сразу на второй тур вступительных экзаменов.
– И вы совершенно одна решились поехать в столицу?
– Да, и пока три дня ехала в поезде, сильно простудилась. В приемной комиссии – Пашенная, Ильинский, Гоголева, а я совершенно без голоса: Начинаю читать заготовленный отрывок, Пашенная поворачивается к Ильинскому и довольно громко говорит: "Голос". Это прозвучало как приговор. Я в слезах выскочила из класса, не взяв ни документов, ни справок.
– Вы больше не пытались тем же летом поступать в театральные вузы?
– Почему же? Я поступила. Во ВГИК. На курс, где учились Жариков, Болотова, Губенко, Никоненко. Набирала нас Татьяна Лиознова. Успешно сдала экзамены, а потом на смотрины курса из экспедиции вернулись Тамара Макарова и Сергей Герасимов. Макарова, увидев меня, совсем девочку, посоветовала подрасти и приехать на следующий год. Вместо меня в институт зачислили другую студентку, более подходящую, по мнению Макаровой и Герасимова, по внешним, психологическим и физическим данным к набору того года.
– Как же сложилась ваша жизнь в столице?
– Скажу честно, мне было не сладко. Работу я искала довольно долго, но в театр меня не хотели брать даже уборщицей, и в отчаянии я уже собиралась устраиваться на кирпичный завод, но и здесь обо мне позаботилось провидение. В Центральном детском театре ко мне проявила участие милая женщина, заведующая учебной частью студии, и буквально через неделю в подмосковный городок, где я жила, пришла телеграмма: "Приглашаетесь работу театре. Главный режиссер В. С. Фридман".
Благодаря "рекомендации" моей доброжелательницы Виталия Семеновна приняла меня так, будто давно и хорошо знала. После моего показа мне тут же вручили роль Красной Шапочки и отправили на гастроли. За два года в этом театре я сыграла 12 ролей! Но именно эта востребованность, неустроенный быт (одевали и кормили меня всей труппой), отсутствие жилья (приходилось ночевать за кулисами, в актерских семьях, на вокзале, потому что часто опаздывала на электричку) и довели меня до нервного истощения. Приговор врачей был неумолим: если хотите жить, вам надо немедленно оставить театр.
По иронии судьбы именно в этот период пришло приглашение из ВГИКа. Но я уже собралась домой в Ангарск поступать в институт иностранных языков.
Но моя дорогая мама отвезла документы в Иркутск в только что открывшееся театральное училище. И когда настало время экзаменов, она сказала мне, что театр – мое призвание и что семья теперь всегда будет рядом со мной. Так я стала, наконец, студенткой, а через два месяца меня зачислили в штат театра. Офелия в "Гамлете", Марфинька в "Обрыве", Анютка во "Власти тьмы" были сыграны мною в первые же годы работы.
На дипломные спектакли училища приехал московский критик Юрий Смелков, увлеченный в то время экспериментом в новом молодежном театре Красноярска, подобно "Современнику" организованном выпускниками ЛГИТМИКа. С его легкой руки я оказалась там в 1966 году. А через месяц, в середине театрального сезона, туда же из Архангельска приехал мой будущий муж Анатолий Ерин.
– Так вы и встретились?
– Да, только что прибывшего в город Анатолия как раз везли на машине в театр, а я шла на работу. И шофер говорит ему: "Вон наша Жанна. Давай подвезем!" Я была первым человеком из нового театра, которого он повстречал в незнакомом городе, и с тех пор мы уже 42 года рядом.
– Не каждой паре удается прожить такую долгую и, надеюсь, счастливую семейную жизнь!
– Анатолий всегда был ведущим в нашем семейном дуэте. Мне приходилось карабкаться за ним, дотягиваться до уровня его интеллекта. Он окончил театральное училище в Новосибирске, потом заочно ЛГИТМИК, позже в Москве – Высшие режиссерские курсы. Он все время профессионально и духовно рос, и я не хотела от него отставать.
Кстати, в наш медовый месяц, который мы провели в Петрозаводске, он настоял на том, чтобы каждый день я заучивала по стихотворению Лермонтова. И вот романтическая картина: мы гуляем в городском парке, и, отчитываясь перед ним, я читаю и читаю Лермонтова.
– Интересно, какие пьесы ставил новый экспериментальный театр и какие режиссеры в нем работали?
– Например, "Орфей спускается в ад" Уильямса, "Ревизор", "Слуга двух господ" Гольдони, "Сорок первый" Лавренева, пьесы Александра Вампилова, инсценировки произведений Валентина Распутина, композиции по современной поэзии. Кстати, с Александром Вампиловым мы очень близко дружили.
В нашем театре ставили рано ушедший из жизни Геннадий Опорков, Генриетта Яновская с Камой Гинкасом. Это был "Гамлет", "4510 по Фаренгейту" Брэдбери, "Сотворившая чудо" Гибсона. Яновская была главным режиссером. Два с половиной года я работала с ними и прошла потрясающую школу, одну из главных в моей жизни. Они не позволяли себе ни йоты цинизма по отношению к театру, они священнодействовали.
В Красноярске мы прожили 10 лет, к десятилетию театра в 32 года мне присвоили звание заслуженной артистки РСФСР.
– Вашей энергии можно позавидовать. И все-таки актрисой какого амплуа вы сами себя считаете?
– Вы знаете, на этот вопрос в свое время ответил главный режиссер Орловского театра юного зрителя. Дело в том, что в очередную политическую кампанию подъема Нечерноземья в Орле открылся новый молодежный театр, и мы, поехав вслед за главным режиссером красноярского театра Юрием Копыловым, опять начали все с нуля. И когда его пригласили во Владимирский областной драматический театр, он оставил характеристики актеров для своего преемника. Моя была самой короткой, она содержала два слова: "Может все".
– Как сложилась ваша судьба в нашем театре?
– Во Владимир мы приехали по приглашению Юрия Копылова, сначала Анатолий, через год я. Главный режиссер сразу откровенно сказал, что у меня работы не будет, поскольку недостатка в замечательных актрисах театр не испытывал. Пришлось Анатолию внепланово ставить спектакли по мотивам пьесы Гибсона "Сотворившая чудо", "Спортивные сцены" по Радзинскому, замеченные московской критикой, писать инсценировку романа Вениамина Каверина "Перед зеркалом", благословленную самим автором незадолго до смерти. Три года на малой сцене я с успехом играла эту вещь, которая и по сей день мне очень дорога.
Кроме того, я активно реализовывалась как педагог по сценической речи в Красноярске, во Владимире, в Москве.
Я не ропщу на судьбу. В ней все сложилось так, как и было предопределено. Театр властно подчинил мою жизнь себе и взял ее без остатка.

Ольга РОМАНОВА

Досье "Призыва"
Хрулева Жанна Владимировна родилась 29 августа 1942 года в г. Балей Читинской области в семье военно-служащего и была четвертым ребенком в семье. В 1959 году сразу после окончания школы в г. Ангарске Иркутской области начала работать актрисой в Московском областном театре юного зрителя. С 1961 по 1965 год без отрыва от работы училась в Иркутском театральном училище. В 1966 году была зачислена в штат Красноярского театра юного зрителя, где проработала до 1976 года. В 1975 году присвоено звание заслуженной артистки РСФСР. В 1976 году приглашена в Орловский театр юного зрителя, а в 1985 году – во Владимирский академический областной театр драмы. В 1980-1985 годах заочно окончила ГИТИС.

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике