Христианство и либерализм: взаимопритяжение и отталкивание

В третьем тысячелетии Россия продолжает мучительные поиски своего места в мире. Во многом успех будет зависеть от того, как соединятся в нашем сознании традиционные, религиозные и либеральные, европейские...

В третьем тысячелетии Россия продолжает мучительные поиски своего места в мире. Во многом успех будет зависеть от того, как соединятся в нашем сознании традиционные, религиозные и либеральные, европейские ценности. Как следует расставить приоритеты, какие ограничения нам нужны?

Родиной либерального мировоззрения, безусловно, является Европа. Изначально либерализм возник на культурном слое, созданном христианской цивилизацией. Это неудивительно. Апостол Павел в своем <Послании к Коринфянам> предупреждает: <Не делайтесь рабами человеков>.
Христианская церковь не исключала разномыслия среди христиан. Речь, в данном случае, не идет о расколах и сектах, а о допустимости различных воззрений в богословской дискуссии, если таковая не нарушает догматического учения Церкви. Полемика внутри церковного сообщества позволяла выявить искуснейших.
Если отказаться от набивших оскомину стереотипов о тотальном принуждении к вере, то выяснится факт терпимого отношения церкви даже к еретикам. В отличие от Запада (да и там изначально <инквизиция> создавалась не как карательный орган, а как некая институция по изучению народных суеверий), еретиков в России преследовали <по минимуму>. Известен ответ преподобному Иосифу Волоцкому старцев-монахов Кирилло-Белозерского монастыря, которые не одобряли применения казней против инакомыслящих: <Нераскаявшихся и непокорных еретиков предписано держать в заключении, а покаявшихся и проклявших свое заблуждение Церковь принимает в свои объятья>.
Однако свободомыслие касалось не только сугубо богословских проблем. В истории православной церкви достаточно примеров заступничества за <униженных и оскорбленных>. Например, в России проект Манифеста об отмене крепостного права в 1861 году был составлен митрополитом Московским Филаретом (Дроздовым). Одним из наиболее последовательных противников смертной казни являлся славянофил (разумеется, православный) Иван Аксаков, сыгравший видную роль в гуманизации отечественной пенитенциарной системы.
Сейчас генетическая связь христианства и европейского либерализма практически забыта. Одна из главных причин разрыва двух мировоззрений заключается в роли государства, выступающего как <аппарат принуждения>. Соблазн превратить религиозное чувство в <господствующее вероисповедание> появился довольно рано. С одной стороны, светская власть выступала защитницей христианской веры, а монарх являлся <верховным защитником и хранителем догматов и блюстителем правоверия и всякого в Церкви святой благочиния>. С другой стороны, православие на Руси было, по меркам прошлого, довольно веротерпимым.
Только православной церкви в имперский период разрешалась миссионерская деятельность в стране, но запрещалось всякое принуждение к <господствующей вере>. Иноверным подданным дозволялось исполнение религиозных обрядов, но запрещалась проповедь своего учения. Государственную религиозную политику в Российской империи можно охарактеризовать не как репрессивную, а как <охранительную>, то есть ограничивающую возможность иного духовного выбора православному населению. Именно в этом и состоял элемент несвободы, государственного принуждения, которое позже будет подвергнуто критике либеральными мыслителями.
В современной истории России советский период ознаменовался кратким сотрудничеством христиан и либералов. И те, и другие в полной мере ощутили на себе силу <диктатуры пролетариата>, разделили общую судьбу в ГУЛАГе. Распад СССР ознаменовался не только долгожданным появлением гражданских свобод (в том числе и вероисповедных), но и формированием нового духовного облика страны.
Именно либералы активно выступили против мнимой <клерикализации> российского общества. Наиболее остро обсуждался вопрос о формах участия церкви в системе школьного образования. Не вдаваясь в детали дискуссии, отметим категорическое неприятие любого присутствия духовенства в процессе воспитания подрастающего поколения. Год назад было опубликовано в прессе нашумевшее <письмо академиков>. Этот документ откровенно <порадовал> лексическими изысками: тут и обвинения в попытке <протолкнуть религиозную веру в ущерб настоящей науке>, тут и поиски <ползучего клерикализма>. Вроде бы и подписанты все сплошь достойные мужи науки, нобелевские лауреаты, но вот стиль письма выдает выпускников партийной школы.
Откровенный разрыв российского либерализма (в духе современного европейского мировоззрения) с христианской традицией является серьезной ошибкой. Проповедники свободы, кажется, не знают страны, в которой они живут. Это – другая Россия. Она начинается в 100-150 км от МКАД, в русской провинции. В ней могут пригласить священника в техникум или школу, и чтобы обязательно пришел <в рясе>. Позвать настоятеля на совещание у мэра с приставкой <явка строго обязательна>. В провинциальных городках освящены большинство школ и детских садов, все больницы и поликлиники, здания ГАИ и пожарная часть. Тут существует колоссальный кредит доверия местному духовенству.
В отличие от церкви наше либеральное сообщество не имеет значительного нравственного авторитета в глазах соотечественников. Весной это года господин Э.Самодуров, директор музея академика А.Д.Сахарова, вынужден был безуспешно искать спонсоров после отказа Б.Березовского далее финансировать этот проект. Приходит на ум невольное сравнение: на провинциальную церквушку проще собрать народных денег, чем на это начинание. Стоит ли удивляться? Нет, не стоит. Выставка <альтернативного> искусства в стенах музея проходила под патронажем М. Гельмана и сопровождалась кощунственным осквернением икон за умеренную плату (50 руб.).
Прискорбно то, что такое <самовыражение> людей искусства в демократическом, свободном обществе было совершенно невозможно в турецком султанате. Для сравнения, по законам Порты злословящий Христа или Богородицу (даже если это был мусульманин) подвергался телесным наказаниям – битьем палками.
К концу 90-х это осознали и в высших эшелонах власти, сделавшей выбор в пользу имперской, а не либеральной парадигмы <русской идеологии>. Произошло восстановление традиционной государственной символики – двуглавого орла со всеми царскими атрибутами. Начала складываться линия на сотрудничество органов власти с Русской православной церковью.
В первую очередь, в 1997 году был принят новый <вероисповедный> закон. По общему признанию правозащитников, его редакция продемонстрировала некоторый <моральный> перевес в пользу <традиционных конфессий> и, прежде всего, Русской православной церкви.
Знаковым событием ельцинской эпохи были предпринятые президентской администрацией усилия по захоронению предполагаемых останков семьи последнего русского царя в 1998 году в Петропавловском соборе. Это был год печального юбилея и акт личного покаяния Б.Ельцина, бывшего секретаря Свердловского обкома КПСС, в уничтожении Ипатьевского дома.
Однако к сближению позиций церкви и либеральных политиков события в Санкт-Петербурге не привели. Сомнения Синода в подлинности останков не приняли во внимание, и это осложнило отношения церкви и либералов, стоявших у власти.
Красноречивым примером изменений стали похороны <отца отечественной демократии> в 2007. Погребение Бориса Николаевича прошло по царскому чину!
Допуская нелестные отзывы в адрес русского православия, защищая самодуровское <искусство>, российская либеральная мысль не замечает <церковной политики> в <оранжевых демократиях>. На Украине власть активно вмешивается в сугубо церковные проблемы, пытаясь создать единую украинскую православную церковь. Президентская присяга в светском государстве приносится не только на Конституции, но и на Библии с обязательным выносом гетманских регалий. В Грузии заключен конкордат между государством и церковью, всерьез рассматривается вопрос о восстановлении монархии и упразднении президентства. И это несмотря на все <бархатные> революции.
В кризисе либерального мировоззрения виновата не столько власть и <темный> народ, а его адепты. Они перепутали либерализм с либертарианством. Последнее означает <воинствующее торжество материального>. Отсюда его антицерковный и антихристианский задор. Конечно, нуждается в коррекции и позиция церковного сообщества. Свобода выбора, в том числе и религиозного, есть не только парадигма либерального мировоззрения, но и важнейшее условие, с точки зрения христианской сотериологии, спасения души. Известный русский ученый и христианин, академик Д.Лихачев писал, что отечественную духовную культуру объединяет с европейской <личность, универсализм и свобода>. От этого единства не стоит отказываться. Тоталитаризм, как показывает история, является общим врагом и христиан, и либералов. Это наследие нашей современной истории многие реформаторы предпочитали не замечать. Дмитрий Сергеевич справедливо заметил: <Зло атакует в обход!>.

Михаил ВОРОНОВ, религиовед

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике