Зиновий Высоковский: В “Кабачок” я пришел уже готовым Зюзей

В эти дни популярному актёру Зиновию Высоковскому исполнилось 75 лет. Наш корреспондент побеседовал с юбиляром.

В эти дни популярному актёру Зиновию Высоковскому исполнилось 75 лет. Наш корреспондент побеседовал с юбиляром.
– Благодарю вас за интерес ко мне. А для газеты предложу вот эту фотографию. Таким меня знают любители театра и кино, – начал Зиновий Моисеевич. – Я знаю ваш первый вопрос: "Куда делся "Кабачок "13 стульев"?
– Точно. Согласитесь, Зиновий Моисеевич, ведь абсолютному большинству зрителей вы известны как пан Зюзя.
– Действительно, популярный в 60-80-е годы "Кабачок "13 стульев" сделал не только наших персонажей, но и нас самих очень популярными. Кто его закрыл, неизвестно до сих пор. Родина не знает своих "героев". Народ нас любил, телевизионщики, а театральное начальство и артисты эстрады ненавидели.
Закрыли не сразу. Первая попытка была в ноябре, а на предновогоднем банкете тогдашний председатель Гостелерадио Лапин попался на глаза Брежневу. Генсек тут же вспомнил, что его жена Виктория всё время спрашивает: "Когда же будет "Кабачок"?" Она, бедная, даже ходила на все спектакли Театра сатиры, чтобы увидеть пана Директора и пани Монику.
Наивный Леонид Ильич и поинтересовался. Лапин, не моргнув глазом, ответил: "3 января". Сразу после банкета он приказал внести передачу в сетку на 3 января. Нас бросились срочно собирать: кого-то выдёргивали из Магнитогорска, кого-то – из Средней Азии, а кого-то – из придорожной канавы. Но потом всё равно "Кабачок" закрыли.
– Что же им так не нравилось? Ведь все персонажи были не наши – пани и паны.
– Уже начались польские события. Да и руководство Театра сатиры, где мы работали, считало, что это пошлятина. Наша популярность вызывала "здоровую" ревность. Когда нас прикрыли, на телевидение посыпались миллионы писем от возмущённых людей. Но, несмотря ни на что, мы исчезли.
– Зиновий Моисеевич, а когда и как вы стали паном Зюзей?
– Задолго до этого я умудрился окончить школу с золотой медалью, радиотехнический институт с отличием и Щукинское училище с красным дипломом. Имя Зюзя появилось из детских воспоминаний. В моём дворе жила семья ассирийцев, с которыми я очень дружил. По-ассирийски деньги – это зузи. А потом, имя Зиновий нашему народу говорит о многом. Зиновий + зузи = Зюзя. Так я пришёл в "Кабачок" уже готовым Зюзей.
– А откуда взялись зайцы?
– Вначале у пана Зюзи был пёсик Фафик. Зайцы появились позже. Чтобы сделать образ запоминающимся, надо было к чему-нибудь прицепиться. Я прицепился к зайцам. Так появился зайцелюб и зайцевед, пишущий бесконечный роман о зайцах.
– А вы, случайно, не земляк автора бессмертного творения "Дед Мазай и зайцы" Некрасова?
– Нет, я родился в Таганроге, как Чехов. И в школе учился имени Чехова. Поэтому с самого рождения знал, что родиться мало. Надо ещё и учиться. Я дважды поступал в Щукинское училище (в первый раз не прошёл по пятому пункту), в перерыве успел на Таганрогщине закончить институт и помочь отечественной радиотехнике тем, что сразу же из неё ушёл.
– Понятно, почему мы отстаем от Америки…
– Я, между прочим, работал в самом засекреченном КБ – у Сергея Королёва. Но меня быстро рассекретили. От тоски сочинял на рабочем месте. Дело чуть не закончилось плохо, меня могли послать "на мыло".
– А что это значит? В расход, что ли?
– Видели фильм "Девять дней одного года"? Могли послать на объект – "глотать" радиацию. Космонавтика была не так романтична, как кажется теперь. Много погибло людей. Королёв не боялся смерти – но и не боялся посылать на смерть других. Моё счастье, что не соврал. Я стоял у чертёжной доски и сочинял пьесу. Вдруг наступила тишина – рядом оказался один из приближённых Королёва и застукал меня за этим делом. Я всё потом пытался представить себе такую ситуацию в Театре сатиры: за кулисами кто-то из актёров решает уравнение Хевисайда. Что было бы с Плучеком?
– Как что? Послал бы сразу "на мыло"!
– Это был 1956 год. Мне стукнуло 25 лет, пора было определяться с профессией. В кабинете, "на ковре", сподвижник Главного конструктора сказал мне: "Вы хотите стать актером? Я помогу". С тех пор, как я не прошёл в актёры, протикало уже пять лет, а я ни разу не появился в Вахтанговском. Академик Крюгер, царство ему небесное, отправил меня в Москву с такими словами: "Если поступишь, я тебя отпущу".
– И снова сдавали экзамены?
– Ректор училища Борис Евгеньевич Захава был ещё жив и, как только я зашёл в его кабинет, сразу меня узнал: "Я вас прекрасно помню и ждал. Вы давно приняты, ещё в тот раз". Так я обрёл вторую молодость.
– А кто с вами учился?
– Я был переросток, всем остальным было по 17 лет. Со мной учились Юра Авшаров, Ваня Бортник, Саша Збруев, Люда Максакова, Саша Белявский, Веня Смехов. Все они сегодня известные артисты.
– Почувствовав себя среди актёров в своей тарелке, куда вы привезли свои тарелки из Таганрога?
– Я уже был женат и снимал в Москве углы. Постоянную прописку получил благодаря Владимиру Полякову, известному сатирику, автору "Карнавальной ночи" и почти всех программ Аркадия Райкина. Поляков создал Театр миниатюр. Я попал в этот театр, где уже работали Марк Захаров, Владимир Высоцкий и Лев Лелеке. Пока мотался без прописки, Поляков мне всё время повторял: "Зяма, берегите бельё…" У него была одна, но пламенная страсть: он обожал жениться. Каждой из своих шести жён он оставил по квартире. Женившись вновь, неугомонный Поляков окунался в строительство нового кооператива. Я удивлялся: "Зачем же обязательно жениться?" Он отвечал: "Земочка! Вы любите выпить, а я – этот самый процесс. И как можно быстрее". Благодаря ему мы с женой и перестали мыкаться по чужим квартирам – это продолжалось девять лет.
– Жена тоже не местная?
– Она родом из Ростова. Мы поженились ещё до Москвы. Сколько пройдено, Боже мой! В этом году исполнилось 50 лет, как мы стали москвичами, но я своих корней не забываю.
– Бываете в Таганроге?
– Конечно, я ведь почётный гражданин города и этим горжусь. К сожалению, там уже никого из родных не осталось. Но я обожаю этот город. Когда-то Володя Высоцкий с Веней Смеховым посетили мои родные пенаты и оставили в театральном журнале запись: "Там, где родились Высоковский и Чехов, гуляют сегодня Высоцкий и Смехов".
– Будут реанимировать "Кабачок" или нет?
– Попытка была в 90-е годы. За это взялась пани Моника – Ольга Аросева. Было несколько выпусков передачи, но стало ясно, что это уже было не то. Затем русское телевидение Лос-Анджелеса пригласило Аросеву, Спартака Мишулина, Рудольфа Рудина, Наталью Селезнёву и меня на гастроли в США выступать перед эмигрантами. Ребята-одесситы сочинили очень смешные истории на эмигрантские темы.
– Где вы сейчас играете?
– Я ушёл из родного мне Театра сатиры, в котором проработал 21 год, сразу же после смерти Папанова и Миронова. Мне понадобилось много времени, чтобы понять – Плучек не мой человек, а я не его. Играю и снимаюсь всё реже. Возраст… Да и роли предлагают не те.

Текст: Михаил КОСТАКОВ.
г.Владимир.

Наша справка

Как-то актер Александр Белявский, которого много снимали в Польше (например, "Четыре танкиста и собака"), привез в Москву множество юмористических журналов. Вместе с Георгием Зелинским, режиссером театра Сатиры, они разработали идею телетеатра миниатюр, который назвали <Добрый вечер>. Задуманная первоначально трилогия превратилась почти в бесконечность из-за писем телезрителей и пристрастия к спектаклю главы государства
Первым ведущим был Белявский. Потом решили сменить название, и был объявлен конкурс. <Кабачок <13 стульев> звучало менее размыто и более узнаваемо.
<Кабачок> был бешено популярен в СССР, обладал искрометным юмором. Еще одной беспроигрышной составляющей стали лучшие европейские шлягеры, которые лучшие актеры Москвы исполняли под фонограмму – от Марыли Радович до Тома Джонса – другой возможности услышать западную эстраду в СССР почти не было.
В условиях застоя "Кабачку" удавалось смеяться над советскими недостатками, поскольку эзопов язык создателей телеспектакля был хорошо понятен зрителям. Все понимали, что видят на экране вовсе не поляков.
Некоторые передачи запрещались цензурой. Но обычно передачи выходили раз в неделю по субботам, в прайм-тайм.
Андрею Миронову удалось провести всего две передачи, но зрители посчитали, что он затмил остальных актеров. Миронов был заменен Михаилом Державиным, создавшим образ среднего поляка – несколько фатоватого, не блещущего умом, но обладающего обаянием.
Первые передачи были черно-белыми и шли не в записи, поэтому возникали неприятности из-за появления актрис в мини-юбках. Когда <Кабачок> получил свою студию в Останкино, он стал цветным, но шел в записи. Шлягеры пан Ведущий переводил, заглушая мелодию, и на студию шло много писем с требованием "заткнуть" его и дать послушать хорошую музыку.
Почти все исполнители играли на сцене театра Сатиры, однако были и актеры других театров (Рудольф Рудин, Виктория Лепко, Георгий Вицин).
Закрыли <Кабачок> летом 1981 года, когда в Польше вовсю шла народная революция. Руководство СССР заменяло комсомольского функционера и своего ставленника Каню на умного и прагматичного генерала Ярузельского. Любой намек на Польшу в то время казался призывом к бунту. Позднее, когда горячка схлынула, были предприняты несколько попыток возродить спектакль. Сначала <Кабачок> заменили <Домом и его обитателями>, но передача была скучной. Потом еще одну попытку сделал Ю.Волынцев, но зрители не приняли обновленный <Кабачок>.
В 1996 году Анна Макагон, режиссер театра "У камина", предложила вновь возродить спектакль. Некоторые актеры (Аросева и Державин) отказались в нем участвовать. Была отснята одна серия, которую показали на канале 2х2. Но грянул дефолт 1998 г, и спонсор обанкротился.
Да и с наступлением гласности роль <Кабачка> снизилась. Спектакли были прекращены. Попытка Волынцева возобновить спектакль не имела успеха – нельзя дважды войти в одну реку. Многие актеры умерли, тип юмора изменился.

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике