На владимирскую сцену взойдет “Евгений Онегин”

Сегодня во владимирском облдрамтеатре - первая премьера сезона. Ставить "Евгения Онегина" театр пригласил Владимира ПЕТРОВА - режиссера из Москвы. А можно ли в постановку этого произведения внести что-то...

Сегодня во владимирском облдрамтеатре – первая премьера сезона. Ставить "Евгения Онегина" театр пригласил Владимира ПЕТРОВА – режиссера из Москвы.

А можно ли в постановку этого произведения внести что-то свое, новое? И главное – нужно ли? Мы задали несколько вопросов Владимиру Сергеевичу.
– Когда вам предложили поставить "Онегина", вы не колебались?
– Меня вот что подвигло – роман в стихах перевести в сценическую форму непросто. С одной стороны, есть Пушкин, его замечательные стихи, много внешних факторов, которые могут быть мотивацией для этого авантюрного шага. Но для меня главным было: а что, слабо?
Насколько я знаю, только два режиссера делали "Онегина" – Анатолий Васильев и Юрий Любимов. Я этих спектаклей не видел. Мне хотелось сохранить адекватность роману. Не знаю, как получится, но задача была сложная и интересная.
– Как вам работалось с владимирской труппой?
– Полностью владимирскую труппу я знаю плохо. Но с молодыми ребятами, которые заняты в спектакле, я работаю с удовольствием. В предпремьерные дни мы работали по 14 часов. Когда я планировал делать один прогон, они кричали: "Два! Два!". Хочется работать с такими актерами ночами – у них есть желание, им нравится, что происходит.
– Многие роман знают наизусть. Будет ли он предсказуем, или, как это модно, вы будете делать эксперименты?
– Предсказуем. Так, как большинство культурных людей знают, чем заканчивается "Каштанка". Люди знают сюжет, хотя я стал сомневаться в этом в последнее время. Недавно меня один знакомый спросил, что я делаю во Владимире. Я ответил: ставлю "Евгения Онегина". Его следующий вопрос был просто потрясающим: "Комедия?"
Сюжет вроде бы известен, но на самом деле уровень образованности у нас очень невысокий. Люди знают, что "Евгений Онегин" – это Пушкин, но вот читали ли они роман всерьез или только "проходили" в школе – большой вопрос.
– Но билеты-то на премьеру проданы задолго до:
– Думаю, это связано с тем, что это премьера, это открытие сезона. Продать билеты на премьеру нетрудно – главное, как дальше будут люди ходить. А это зависит от того, какой спектакль у нас получится.
Не хочу выглядеть снобом, говоря про низкий уровень образованности, но Солженицын назвал то, что у нас происходит с образованием, "образованщиной". Это действительно так. Если сравнивать с образованностью того же Пушкина, тех же дворян, которые знали изначально три языка в совершенстве, я уж не говорю о греческом и латыни. Нам это недоступно. И мне это недоступно – я тоже очень малообразованный человек…
Не хочу обидеть зрителей, не хочу вообще обижать народ, но наши люди знают мало, читают очень мало, особенно сейчас. Я не скажу, что это катастрофа – это просто знак времени. Я работаю со студентами театрального вуза, они многого не знают. Вероятно, играть на компьютере гораздо интереснее, чем, скажем, прочесть "Сагу о Форсайтах".
Не хочу говорить, что Пушкин – "наше все", но это выдающийся человек, писатель, личность. Призывать, заставить читать его нельзя. Это может либо нравиться, либо нет. Может быть, это нормально, история идет дальше. В средние века люди жили без Пушкина – и ничего страшного, нормально жили.
– Вы считаете, что после просмотра спектакля у человека должно возникнуть желание, придя домой, перечитать роман?
– В последнее время появилась такая история – после выпуска сериалов выпускают книжки с фотографиями героев. И люди раскупают, что меня очень удивляет:. Я бы хотел, чтобы так было, потому что роман намного богаче нашего спектакля. Невозможно огромный роман внести в театральное зрелище. Кроме прочего, там много рассуждений Пушкина о жизни, о моде того времени – это, конечно, не может вместиться в формат спектакля, но само по себе очень интересно. Если у кого-то появится желание перечитать роман, значит, спектакль задачу выполнил.
– Классика вновь в моде?
– Это ошибка, такой штамп: "Дайте нам классику, и нам будет хорошо!" Бред! Люди хотят хорошие спектакли, а по какому он будет поставлен произведению, им абсолютно все равно. Просто в классике есть меньше опасности впасть в пошлость и безвкусицу.
Люди ходят в театр, когда он приобретает серьезную репутацию, идут в театр на "интересно, как это сделали?". Если театры дорабатывают до такого уровня общения со зрителями, можно заниматься и классикой, и брать серьезные пьесы философского содержания, не основанные на изменившем муже, на спрятанном в шкафу скелете любовника и прочих вещах, на которых сейчас работают 80% российских театров.
– Какой вы ждете реакции от владимирского зрителя?
– Идеальный зритель – режиссер. Он делает спектакль как бы для себя, делает так, как ему кажется, будет хорошо. Учитывая, что ничем особенным он от большинства людей не отличается.
Меня спрашивают: "На какую возрастную категорию вы делаете ваш спектакль, какой адрес постановки?" Адрес моей постановки – это я. Никто же не спрашивал Бродского, на какую аудиторию он пишет стихи. Никто не спрашивал Малевича, на какую аудиторию он пишет свои картины? Человек выражает свое ощущение, восприятие мира. Вот мое восприятие "Онегина" в сценической редакции я и пытаюсь представить. Какая реакция будет, мне и самому интересно.

ИЗ ДОСЬЕ "ПРИЗЫВА"
Владимир Петров родился в 1946 году в Киеве. В 1972 закончил актерский факультет Киевского института театрального искусства и поступил на режиссерский факультет того же института.
Сыграл около 30 ролей в театре и кино, поставил около 60 спектаклей в театрах Харькова, Риги, Киева, Омска, Москвы. Заслуженный деятель искусств РФ.
Петров приехал во Владимир делать спектакль с командой: сценографом, композитором, художниками по костюмам и свету.

Текст и фото: Татьяна ЛАПАТИНА.
г.Владимир.

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике