Валерий Золотухин: Справедливость – синоним совести!

Всенародно любимый артист Валерий Золотухин смог вернуться к работе и общественной деятельности после трагедии, случившейся с его сыном. Это можно назвать подвигом: больной актер, только что потерявший сына,...

Всенародно любимый артист Валерий Золотухин смог вернуться к работе и общественной деятельности после трагедии, случившейся с его сыном. Это можно назвать подвигом: больной актер, только что потерявший сына, нашел в себе силы, чтобы петь, улыбаться и учить молодых артистов. А потом, после репетиций, рыдал от боли, рвавшей его душу. Лишь сейчас Валерий Сергеевич откровенно рассказал нашему специальному корреспонденту о том, что переживал он в трагические дни.

– Когда я на <Фабрике звезд-7> дуэтом с Анастасией Приходько спел и станцевал в телеэфире, некоторые меня осудили. Кто-то возмутился: <Как он может, ведь недавно похоронил сына!>, кто-то просто пожал плечами. И только самые близкие понимали, что выход на сцену был необходим мне как воздух. Чтобы не <застрять> в страшной беде, ведь нет ничего страшнее, чем хоронить своих детей:   
– Валерий Сергеевич, как Вы попали на <Фабрику звезд-7>?
– Меня попросили дать фабрикантам несколько уроков художественного чтения. Я подумал, почему бы нет? Из всех своих творческих планов я выпал, потому что в мае сломал ногу и оказался в больнице, а в начале июля не стало Сережи. И это такая наша с Тамарой беда, такое горе: Но жизнь продолжается. Я шел к молодым людям – это же наши дети, наше будущее, чтобы дать правильные ориентиры в начале жизненного пути. Нравственные. Начал мастер-класс с цитаты из Евангелия от Иоанна, прочел часть Нобелевской речи Бродского, подарил каждому по книжке воспоминаний о Высоцком. Конечно, времени было мало, но я приоткрыл фабрикантам дверь в мир прекрасного, и кто готов – тот войдет.
А потом мне предложили спеть песню из фильма <Иван Васильевич меняет профессию>. Пока суть да дело, звукорежиссеры записали минус, включили музыку, и я с перепугу так гаркнул!
– Оттанцовывали Вы с Настей Приходько под нее будь здоров! Про больную ногу забылось само собой?
– Нога и тогда болела, и сейчас я ее долечиваю. Но у меня большой опыт работы <на одной ноге> (7-летним мальчиком Золотухин оказался прикованным к постели из-за остеомиелита правой ноги, и хромота осталась на всю жизнь – прим. авт.). Больная нога <колобродит>, а держится все на здоровой.
Того, что я вытворял на сцене, действительно, от себя не ожидал! Когда старик начинает взбрыкивать, это смешно. Но человек так устроен, что его отчаяние принимает иногда самые непредсказуемые формы. Вот и мое отчаяние вырвалось на свободу именно так. А когда я отплясал и сел в машину, у меня началась истерика, рыдал безумно: <Господи, что я сделал! Сережи нет, а я вот такую дребедень откалываю>. Но спасаться-то надо, иначе можно сойти с ума. Сережу не вернешь, и что мне теперь делать? Всех собак вешают на меня, я получаю страшные письма: <Мальчик ушел за грехи твои>. Это все ерунда, Сережу я очень любил и всегда выделял, но я не снимаю с себя вины:
– Что и кто поддерживают Вас в трудные минуты?
– Молитва. Близкие люди. Коллеги по цеху. После <Фабрики> мне позвонил Валентин Гафт и прокричал в трубку: <Колоссально, старик! Ты в своей жизни подвиг совершил - пришел в дом терпимости и прочитал им Бродского!>  Дуэт понравился и младшему моему сыну Ваньке. И даже его бабушке, матери Ирины Линдт, а она – очень суровый музыкальный критик. Они с Ваней прислали СМС-ку, что это было здорово. Ванька, правда (а он знает все мои песни), прицепился к бабушке: <А зачем тетя вместе с папой поет?>
– А почему Вы пошли в политику?
– С политикой я так или иначе всегда был бок о бок. И партию <Справедливая Россия> выбрал сознательно. Ее – и никакую другую. Проблемы, которые берется решать партия, меня давно всерьез волнуют. Те же проблемы пенсионеров. Пенсионеры ведь сами не могут за себя постоять. Когда я 6 лет назад получил пенсионное удостоверение и узнал, какая пенсия мне начислена, я шел по театру и плакал. 691 рубль! Такая у меня пенсия. Разве это справедливо? А сколько народных артистов умирают в нищете! Все старики должны жить достойно. И молодежь тоже. У юности должна быть возможность и образование получить, и жилье доступное, как иначе жить молодым семьям? Программа партии мне близка и ясна, совесть моя чиста. Никто не может сказать, что Золотухина, мол, купили.
Для меня главное – слово <справедливость>. А оно для русских людей синоним слова <совесть>. Поступать по совести, по справедливости – неписаные заповеди, которыми россияне живут наперекор порой царям-батюшкам и указам сверху. Может, именно поэтому мы все и живы.
– Валерий Сергеевич, у Вас есть самая заветная мечта?
– Мечтаю о благополучии в стране. О спокойствии и уверенности в завтрашнем дне для стариков. Об обустроенности молодежи.
И готов многое для этого сделать, ведь моему Ваньке жить в этой стране!
А еще у меня есть мечта, связанная с родиной, – я очень хочу построить на Алтае детский театр, чтобы маленькие люди могли приходить в него как в храм искусства – ведь это важно и для воспитания вкуса, и для воспитания нравственности.

Текст и фото: Светлана Скаредова.
г.Москва.

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике