Хабенский рассказал владимирцам о себе и “Ночном дозоре”

“Ночной дозор” с Константином Хабенским в главной роли собирает аншлаги во всех владимирских кинотеатрах, где он демонстрируется. По многочисленным просьбам читателей (не будем лукавить - большинство из них...

– Хорошее у тебя амплуа, редкое.
– Спасибо родителям и СМИ – они вылепили из меня нечто героическое. Но я не герой! Больше героев ненавижу только романтических героев.
– А тебе только их и предлагают. Как сбиваешь пафос?
– Как учил Мейерхольд: представляю, что у моего героя в карманах. У Антона из “Ночного дозора” там фляжка с водкой. А еще фантики от конфет, жевательная резинка, какая-то записка двухлетней давности. В общем, вещи, которые никогда не спасут ему жизнь. Я разного напредставлял и теперь констатирую – мы придумывали одно, снимали другое, а получилось третье. Знать не знаю, что увижу на экране.
– Не могу вспомнить ни одного внятного русского триллера. Есть ощущение, что они нам не даются – как футбол или хорошие автомобили.
– Еще бы! Русскому человеку банальный триллер снимать неинтересно. Хочется боль ощутить душевную, трагедию жизненную. Просто так мы кино не снимаем – нам всегда надо кого-то обвинить или над кем-то поплакать. А тут вдруг -чистый экшн! Даже у “Ночного дозора” с ведьмами, вампирами, передвижениями во времени и пространстве – абсолютно русская душа. Мятущаяся. Поиск себя и попытки исправить ошибки.
На съемках мало кто понимал, что делать с этим новым жанром. Операторы возились вокруг новых дорогостоящих камер, а актеры фантазировали, придумывали поступки героям.
– Зачем? В книжке Лукьяненко все написано.
– Я не читаю такие книжки. С фантастикой закончил в детстве на Беляеве! “Голова профессора Доуэля”. Фильмы ужасов тоже не смотрю.
Глаза боятся, а руки делают – боюсь, но снимаюсь. Но от просмотра таких фильмов, как “Звонок” и “Чужие”, пытаюсь уклониться. Впрочем, один триллер приятно поразил – “Другие” с Николь Кидман. Она не побоялась сыграть простенько, как Арнольд Шварценеггер – без второго плана. В таком жанре грузить не надо!
– За актера все доделают спецэффекты. Приходилось сражаться с воображаемым злодеем воображаемым оружием на фоне воображаемых декораций?
– Слава богу, нет. Вот разве что сцены с Сумраком – это когда герои входят в другое, колдовское измерение. Мы долго не понимали, как это изобразить, и в конце концов решили, что будем вести себя, как аквалангисты под водой. А на монтаже из Сумрака неожиданно сделали пространство, заполненное комарами. Своеобразно получилось.
– Что у тебя за оружие в фильме?
– Сам не знаю! Сначала в сценарии нечисть били ломами и какими-то антеннами с крыш. А потом режиссер Тимур Бекмамбетов подумал: почему бы не процитировать “Звездные войны”, но с учетом наших реалий? И появились флюоресцентные лампы. Гоша Куценко дышит в трубку – и она загорается от его дыхания. Так что там внутри не газ неон, а человеческая энергетика. У кого ее больше – тот и победил.
– Что думаешь о насилии на экране?
– Я – против!
– Что не помешало тебе сняться в сериале про ментов. Часы, подаренные министром внутренних дел, носишь?
– Не ношу я ни часов, ни орденов. У меня еще и награды есть – от воронежской милиции. Лежат дома, радуют маму.
А с насилием у нас все-таки перебарщивают: если пускают кровищу – то ведрами. Хоть напейся ею! На Западе то же самое подают с юмором.

Ольга ШАКИНА.
г.Москва.

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике