Главный режиссер театра на Малой Бронной Андрей Житинкин: Память владимирского детства не покидает меня

Подробности столичной жизни самого скандального режиссера современной России - в эксклюзивном интервью "Призыву"

ай да наши!

Главный режиссер театра на Малой Бронной Андрей Житинкин: Память владимирского детства не покидает меня

Подробности столичной жизни самого скандального режиссера современной России – в эксклюзивном интервью "Призыву"

Год назад главным режиссером московского театра на Малой Бронной стал Андрей Житинкин. О нем много спорят, пишут. В столице идет более десятка его спектаклей. И не только на Малой Бронной – в театрах Сатиры, им.Моссовета, Вахтангова, "Табакерке". На них трудно попасть. Сам Житинкин, несмотря на относительную молодость – ему 42 года, уже стал заслуженным артистом России, лауреатом международных театральных фестивалей.

Андрей Альбертович родился во Владимире. Его родители – Альберт Александрович и Анастасия Константиновна – живут в нашем городе. Недавно я встретился с Андреем.

– Андрей Альбертович, давайте вспомним вашу юность, владимирский период жизни.

– Когда я заканчивал 29-ю школу на перекрестке улиц Усти-на-Лабе и Каманина, Владимир был театральным городом. Я не пропускал ни одной премьеры нашего театра. Тогда в нем играли звезды: Евстигнеев, Табаков, Меркурьев, Толубеев, Киндинов, Вертинская… Во Дворце пионеров театральной студией руководил Василий Павлович Ляскало, великолепный актер и педагог. Музыкальную часть вела его супруга. Кружковцы участвовали в массовках, время от времени доводилось выходить на сцену театра Луначарского. Учился я хорошо. И хотя стал лауреатом областного конкурса чтецов, родители не думали, что я свяжу свою судьбу с театром.

Но решил дерзнуть. С первого захода поступил в Щукинское училище. То-то был сюрприз для мамы с папой, работающих заведующими лабораториями в НИИССе и видевших меня где-то на физфаке МГУ…

– Как вас приняла театральная Москва?

– В "Щуке" нашу актерскую группу вела профессор Людмила Владимировна Ставская. В ней оказались такие известные актеры, как Е.Дворжецкий (недавно трагически погибший), Е.Сотникова, И.Малышева, Е.Князев. Распределение было свободным, и я год отработал в театре Вахтангова. Там на меня положил глаз великий Евгений Рубенович Симонов, набиравший свой последний режиссерский курс. Его закончили пятеро. Режиссером из всех стал я один. Остальные уехали из России. Сейчас все они психологи, занимаются детской и подростковой патологией. Это преуспевающие люди, использующие на практике нюансы врачевания психики, которым нас учил Симонов.

Режиссерская судьба началась со "Старого квартала" по Т.Уильямсу, который я поставил в "Современнике" у Галины Волчек. Потом в театре имени Ермоловой состоялись еще три спектакля: "Роковые яйца" по М.Булгакову, "Калигула" А.Камю и наконец "Снег". Недалеко от тюрьмы…" В этой трагической драме молоденькая Лена Яковлева, теперешняя Каменская, сыграла беременную лимитчицу. После этого спектакля ее пригласил на главную роль в "Интердевочку" Валерий Тодоровский. А мой первый "Калигула" запомнился еще и тем, что тогда на сцене внезапно умер исполнитель роли императора актер Всеволод Якут…

Следующие десять лет я работал в театре имени Моссовета. Там поставил "Собачий вальс" по Л.Андрееву, "Милого друга" по Мопассану с Маргаритой Тереховой в главной роли, "Моего бедного Марата" А.Арбузова, "Венецианского купца" по Шекспиру с Михаилом Козаковым.

Незадолго до приглашения на должность главрежа в театр на Малой Бронной я здесь же поставил спектакль "Нижинский". Посвящен он 110-летию со дня рождения Вацлава Нижинского, выдающегося русского танцовщика и балетмейстера из знаменитой балетной труппы Сергея Дягилева. 1999 год был объявлен годом Нижинского, и мы оказались единственными в мире, кто сделал театральную драму в его память. Эта вещь прошла по многим странам, а Парижский фонд Дягилева вручил серебряную и бронзовые медали мне и Александру Домогарову – исполнителю роли Нижинского.

Меня считают одиозным режиссером. Что скрывать, кое-кто идет на мои спектакли из-за их скандальности. Но в искусстве не может быть "священных коров". Важно новое зрение, поэтому приходится ломать каноны.

Но я трепетно отношусь к творчеству таких режиссеров, как М.Захаров, Л.Додин, Э.Некрошюс. На театральном лугу должны расти и радовать глаз все цветы… В любом из моих спектаклей есть болевые точки, и для меня не существует табу. Хочу ставить все, что волнует тонкого взыскательного зрителя. Единственное, чего не приемлю, – политизированную идеологическую драматургию и пропаганду культа насилия.

Считаю себя режиссером, у которого иной угол зрения. В творчестве отталкиваюсь от внутреннего мира человека. Тут и хорошее, и плохое, а выводы должен делать зритель.

Горжусь тем, что меня приглашали ставить свои главные спектакли-бенефисы такие прекрасные актеры, как Лев Дуров, Александр Ширвиндт, Людмила Гурченко, Любовь Полищук, Юрий Яковлев. Я за яркий увлекательный театр, в котором много музыки, света, пластики, движения.

– Как вас приняли на Малой Бронной? Здесь творили Михоэлс, Эфрос…

– Здесь я свой человек. Еще студентом был тут на практике, дружен с Львом Дуровым, артистом-легендой. Основную задачу вижу в том, чтобы сделать театр аншлаговым. С учетом этого и выстраиваю репертуар. Театр должен и удивлять, и ломать традиции.

Что касается актеров… Они, как дети. Иной раз ссорятся на репетициях, будто на дуэлях выясняют отношения. Но я сам был артистом и нежно люблю этот народ со всеми их достоинствами и недостатками. Здесь мне в плюс зачли, что не запрещаю курить на репетициях, не очень ругаю за небольшие опоздания, особенно если предупрежден, могу закрыть глаза на бутылку пива… Но самоотдачи требую тоже. Замечания делаю нечасто, по делу и вполголоса тет-а-тет. Отношу себя к демократичным режиссерам, эдакий бархатный диктатор.

– Каковы планы? Возможно, кто-то из владимирцев выкроит вечер и сходит на Малую Бронную…

– В репертуаре доминирует зарубежная драматургия. Но мне хочется обратиться и к русской классике. Идут репетиции "Анны Карениной", моего любимого романа Толстого. В главных ролях заняты ведущие актеры Евгения Крюкова и Олег Вавилов. Предполагаю в сотрудничестве с Э.Радзинским поставить драму о Распутине.

Спектакль по "Анне Карениной" еще в работе, но уже обрастает скандалами. Идут слухи, что у меня Каренина нюхает кокаин и стала наркоманкой, тогда как в соответствии с текстом Льва Николаевича введена сцена, где Анна вкалывает себе морфин для уменьшения болей при родовых схватках. Вот такой я enfant terrible и мой девиз состоит из одного слова: "Держаться!"

Марк ФУРМАН.

Москва-Владимир.

Андрей Житинкин во Владимире бывает редко – навещает родителей. Но ему часто снятся наши белокаменные храмы: Покрова на Нерли, Кидекши. Тогда он чувствует себя счастливым.

– Я по гороскопу – Скорпион, – говорит Житинкин, – а он покровительствует актерам и режиссерам. Однажды мальчишкой я был на съемках "Андрея Рублева". Помню, Андрей Тарковский, поднявшись над толпой в кабинке крана, властным движением руки бросил с высоты многосотенную массовку вперед – к Золотым воротам. Режиссер казался мне почти Богом. И эта память детства не покидает меня до сих пор…

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике