Соловьев объявил войну хищникам

Поклонники Мельпомены с любопытством поглядывают на афиши: скоро откроется театральный сезон. Ждут своего зрителя ветераны владимирских подмостков - областной драматический и кукольный театры. Ждет дорогих гостей и годовалый...

театральный репортаж

Соловьев объявил войну хищникам

Поклонники Мельпомены с любопытством поглядывают на афиши: скоро откроется театральный сезон. Ждут своего зрителя ветераны владимирских подмостков – областной драматический и кукольный театры. Ждет дорогих гостей и годовалый "Вечерний театр" под руководством Леонида Соловьева.

К новому театру антрепризы я приглядывалась целый год. Приставала к зрителям в антрактах, иногда отрывая от традиционного бутерброда, встречалась с актерами, знакомилась с репертуаром, а после окончания каникул даже пробралась на репетицию.

От смеха жизнь острее, а лимонад вкуснее

Из разговоров в антракте спектакля "Не ходи с чужой женой даже ужинать".

– Ну как?

– Обхохочешься. Но, по-моему, это про Петровых. Такие же чудаки.

Спрашиваю у студентов:

– Вам понравилось?

– Да, очень смешно. И все по-честному. Как в жизни, на самом деле.

Из письма зрителя-мужчины после премьеры спектакля "Как лгут мужчины":

"Это воздушный десерт с клубничкой, щекочущий воображение порядочных семейных пар. Тех, что в стандартной позиции озабочены предстоящим закатыванием банок и выбиванием паласов.

В антракте замечаешь, что лимонад в буфете стал вкуснее, чем был до начала спектакля. Очевидно из-за гипервентиляции лёгких (от хохота уже в первом действии) чувствуется эффект кислородного коктейля, и жизнь воспринимается острее".

Строгая дама очень любит театр. Прочитала мне целую лекцию о его воспитательной роли в обществе. Сделала большое "фи" по поводу откровенных намерений героев:

– Да и не герои они вообще. Обычные тётки и дядьки. Я их и в жизни вижу. Хочется возвышенных чувств.

Ну, конечно, хочется. Третий звонок собирает последних зрителей. Сажусь сбоку. Все хорошие места заняты, а здесь можно, если изогнуться, и сцену увидеть, и понаблюдать за зрительным залом. Моя строгая собеседница забыла о тоске по высоким материям и надрывается от хохота.

А над чем смеемся? Над собой смеемся. И плачем тоже над собой. И размышляем о своей жизни. Даже если действующие лица живут в далекой средневековой Италии. В этом и есть чудо театра. Через другие судьбы достучаться до сердца зрителя и заставить увидеть жизнь такой, какая она есть на самом деле.

Лицедеи сто раз умирают

Из разговора на улице: "Здорово быть актером. Вот у кого не жизнь, а сказка. Тоже мне работа – скакать на сцене".

Зритель пошел разборчивый. Того и гляди, прямо по Станиславскому заорет из зала: "Не верю! Играй лучше!" Так что филонить нельзя, приходится потеть на репетиции. Кстати, это и есть основная работа. Спектакль – это сгусток энергии, которая собиралась по крупицам несколько месяцев. Актеры – народ суеверный и не любят, когда за кулисы вторгаются посторонние, да еще перед премьерой. Но Соловьев – человек одержимый, и всякие бабушкины сказки на его творческий процесс не влияют, как, впрочем, и пакости со стороны разных недоброжелателей нового театра. Поэтому я все-таки увидела творческую лабораторию Леонида Алексеевича.

В здании театра кукол, где расположился "Вечерний", сейчас тихо. Открытие сезона – 21 сентября. А пока актеры готовят новую постановку. Пыталась сосчитать, сколько за одну репетицию актер отрабатывает в среднем каждое движение и повторяет свои монологи. Не получилось. Что-то удается сразу, что-то нет. Но каждое слово или жест не висят в воздухе сами по себе. Значит, приходится часто повторять всю сцену.

По сценарию актрисе надо плакать. Слезы пошли – рука не успела лечь на коленку. Все сначала. Плачем, жест – хорошо, тьфу ты, слова забыла! Снова плачем, жест, рука, поворот, фраза, плачем.. Господи, с ума сойти можно! И кто это сказал, что у лицедеев работа легкая. Плачь, смейся, прыгай – за весь мир. Иногда актеры и умирают на сцене. Сто раз понарошку. И один раз по-настоящему.

"Приговоренные
к жизни" выходят на сцену

О новой пьесе много говорить не велено. Но чуть-чуть завесу тайны приоткрою. Автор – Леонид Фролов. Известен поклонникам "Вечернего"по комедии "Вначале был грех". Но в новой постановке не ждите пикантных шуточек. На этот раз придется пережить трагедию в стиле Шекспира. Название "Приговоренные к жизни" говорит о многом.

Время действия – наши дни. Место действия – Россия. Главный герой – хищник, сметающий все на своем пути. Высшая ценность в мире – толстый кошелек. Для него люди – грязь под ногами. Для достижения своих целей хороши все средства. Женщина – самка, любовь – погоня за удовлетворением, с кем – не имеет значения.

При этом всегда найдется некий тайный смысл, оправдывающий свинство и подлость. И, конечно же, этот смысл не доступен толпе. Толпа – все, кроме него любимого. Этакий Распутин нашего времени.

Остальные герои пьесы – жертвы. Прототипы их – наши дети и родители. Мы все с вами. И чтобы люди не расслаблялись и не позволяли процветать негодяям, на репетиции в который раз звучит голос режиссера:

– Слезы, руки, слова… Слезы, руки…Слезы…

Ольга Стрелецкая
из "Вечернего театра".

Фото Геннадия ПОПОВА.

г.Владимир.

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике