На прошедшей неделе шестеро жителей Владимира осуждены за разбойные нападения. Двое из них были еще и убийцами. Судья Владимирского облсуда Юрий Сладкомедов огласил приговор – молодые люди (возраст от 21 до 29 лет) получили заслуженное наказание

Дело о "Бодайбо"

В июле 2004 года некий Максим Дементьев, его двоюродный брат Василий Дементьев, а также Александр Егоров, Ярослав Коростелев и Михаил Кривенков спланировали нападение на зал игровых автоматов "Бодайбо" (пр.Ленина,5).

Добыли пистолет с глушителем и патроны. Коростелев приготовил сумку для денег и запасся веревкой для нейтрализации жертв. Кривенков отвечал за машину. Банда сделала маски, приготовила перчатки. Ночью 31 июля 2004 года подельники встретились на Верхней Дуброве и поехали к "Бодайбо". В ту ночь в зале работали охранник Сергей Куликов и оператор Светлана Матвеева.

Неожиданно для них в зал ворвались преступники. Максим Дементьев, угрожая пистолетом, потребовал отдать ему все деньги. Кривенков наблюдал через стекло двери за обстановкой на улице. Остальные трое тем временем забрали 49 тысяч рублей из сейфа и игровых автоматов.

Но это было еще не все. Стоило охраннику Куликову пошевелиться, как прогремели выстрелы. Сначала пули попали в голову 43-летнего охранника, а потом дважды – в голову 23-летней девушки-оператора.
Скрывшись с места преступления, налетчики поделили между собой добычу.

Второй налет

В октябре банда решилась на второй налет. Вместо Кривенкова в группу вошел 22-летний Олег Аннушкин, недавно вернувшийся с "зоны". Объектом атаки выбрали салон сотовой связи "ИП Блохин" (ул.Мира). Один из бандитов, Коростелев, раньше там работал продавцом, присвоил мобильный телефон за 4500 рублей и деньги – 12000 рублей. Он и стал наводчиком.

Около 17 часов 28 октября группа, убедившись, что в салоне, кроме 34-летней продавщицы Ольги Барышниковой, никого нет, ворвались в помещение в масках и перчатках. Максим Дементьев на этот раз передал пистолет Егорову, Аннушкин стоял "на шухере". Максим и Василий Дементьевы и Коростелев забрали с витрин 24 мобильника (на 87 тысяч рублей), а из кассы – 500 рублей.

В это время Ольга Барышникова бросилась к входной двери. К ней на работу должна была зайти дочка Юля. Ольга бежала, чтобы предупредить ее об опасности. Егоров выстрелил ей в голову. Юля осталась сиротой.

Боль не утихла

Слезы на лицах родственников убитых в зале суда. Лидия Барышникова, мама Ольги, пришла вместе с внучкой Юлей. Лидия Львовна говорит:
– Прошел год после убийства нашей дочери и мамы этой девочки. Горе не утихает. Мы с мужем пенсионеры, как теперь нам поднимать внучку?

Юля учится в 8 классе Юрьевецкой школы. Она молчит. Вдруг вымолвила:
– Маму не вернуть.

Отец Ольги, Владимир Дмитриевич Барышников, негодует:
– Эти отморозки даже прощения не попросили.
Во время вынесения приговора бандиты действительно вели себя вызывающе, улыбались, переговаривались. Я никак не мог понять, откуда такое зверство и пренебрежение жизнями людей. Тот же Коростелев работал с Ольгой, с одной тарелки ел – и навел убийц.

Этот год родственники жертв не жили. Они каждодневно прокручивали в голове ужасные детали трагедии, случившейся с их близкими. Владимир Барышников продолжает:
– Я бы их расстрелял! Убийца, отняв чужую жизнь, не имеет права жить сам.

Его супруга Лидия Львовна вспоминает:
– В тот трагический вечер внучка Юлечка должна была пойти к маме на работу. Она опоздала. Страшно подумать, что было бы, если бы она пришла к маме вовремя. Эти звери ни перед чем бы не остановились. Они взяли в кассе 500 рублей, пропили их, и за это убили мою дочь.

Вдова охранника Сергея Куликова Татьяна Константиновна в зале суда была с сестрой убитой Светланы Матвеевой – Олей.

– Приговор ждем максимально строгим и справедливым. У этих людей был шанс на исправление, который им дали. Они не захотели – и убили троих невинных людей. У меня одна дочь уже самостоятельная, другая только учится в шестом классе. Нам придется тяжело. Младшей дочери трудно объяснить, почему так произошло.

Оля Матвеева говорит:
– Сестра училась в двух институтах, хотела добиться в жизни цели, а эти подонки не дали осуществиться мечте. В Москве у Светы остался любимый человек. Я сама теперь боюсь, преследует состояние тревоги. У сестры день рождения был в один день с папой. В декабре ей исполнилось бы 24 года. Теперь день рождения папы – это день печали и траура по Свете.

Кстати. Василий Дементьев, 1981 г.р., ранее не судим. Максим Дементьев, 1976 г. р., в 2002 году сел за кражу на 2,5 года, но был освобожден условно-досрочно. Александр Егоров, 1976 г.р., был судим в 2000 году за кражу и также освобожден условно-досрочно. Ярослав Коростелев, 1984 г.р., студент-заочник Финансово-экономического института, был отчислен за неуспеваемость и судим. Михаил Кривенков, 1984 г.р., – ранее не судим. Олег Аннушкин, 1982 г.р., судим ранее на 3 года за грабеж, был освобожден условно-досрочно. По желанию подсудимых дело было рассмотрено в суде присяжных. Получается, если бы не эти "амнистии", три человека, жертвы бандитов, остались бы живы?

В отношении каждого подсудимого присяжные вынесли вердикт "Виновен!". Снисхождения, по их мнению, заслуживают лишь Кривенков и Василий Дементьев.

Обвинительный вердикт суда присяжных по закону обжалованию не подлежит.

Владимир СОПУНОВ.
Фото автора.
г.Владимир.

ПРИГОВОР

Суд признал виновными и приговорил:

Василия Дементьева – к 10 годам колонии строгого режима с удержанием судебных издержек в доход государства – 49880 рублей,

Максима Дементьева – к 22 годам колонии строгого режима с удержанием в доход государства 31280 рублей,

Александра Егорова – к 19 годам колонии строгого режима с удержанием в доход государства 40080 рублей,

Ярослава Коростелева – к 11 годам колонии строгого режима с удержанием в доход государства 28640 рублей,

Михаила Кривенкова – к 8 годам колонии строгого режима с удержанием 48080 рублей,

Олега Аннушкина – к 11 годам колонии строгого режима.

ГОЛОС УЛИЦЫ
Как наказывать за убийство?

Марина, служащая:
– Ввиду того, что в стране действует мораторий на смертную казнь, я предложила бы пожизненное заключение. На свободу убийц выпускать никак нельзя.

Ирина, киоскер "Роспечати":
– Смертной казни не надо, это было бы слишком мягко. Только пожизненное заключение. Определить убийцу в такое место, чтобы до конца своих дней мучился и молился, вымаливал прощение.

Геннадий Николаевич, пенсионер:
– За убийство надо наказывать только убийством. Мораторий на смертную казнь надо отменить. За смерть человека – смерть.

Алексей, сотрудник "Трансгаза":
– За убийство должна быть только смертная казнь. Мораторий на смертную казнь – это неправильно. Убийца не должен жить.

Опрашивал Владимир СОПУНОВ. Фото Рудольфа НОВИКОВА.
г. Владимир.

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике