Несправедливый приговор поправить можно

Каких только гражданских дел не рассматривают наши суды: о возмещении материального ущерба, о компенсации морального вреда, о защите чести и достоинства, о разделе земельных участков, о расторжении брака...

Каких только гражданских дел не рассматривают наши суды: о возмещении материального ущерба, о компенсации морального вреда, о защите чести и достоинства, о разделе земельных участков, о расторжении брака и разделе совместно нажитого имущества, о восстановлении на работе и множество других.

Отдал квартиру за обещания и… умер

Грузная пожилая дама с жаром излагает суду суть своего дела. Речь идет о сыне заявительницы – Викторе Багрове. Минувшим летом он, дожив до 45 лет, скоропостижно скончался. А незадолго до смерти любитель “зеленого змия” обменял свою хорошую благоустроенную однокомнатную квартиру на улице Алябьева на символично-двухкомнатное жилье с частичными удобствами общей площадью 32 кв. метра в кирпичном одноэтажном домишке. Со слов истицы, за этот заведомо проигрышный обмен некий Плаксин посулил ее сыну 10000 рублей, но обещанных денег Багров почему-то так и не получил.

Далее события развивались еще загадочнее. Поселившись по новому месту жительства, в июне минувшего года Багров вновь поддался на заманчивые обещания Плаксина и бесплатно передал ему в нотариальном порядке свое вновь обретенное жилье. Взамен Плаксин гарантировал сидевшему на мели безработному “пожизненное содержание с иждивением”! Иначе говоря, с момента заключения договора и до конца жизни Виктора Багрова щедрый Плаксин обязался обеспечивать его питанием, одеждой, уходом и необходимой помощью. Причем согласно данному документу размер ежемесячного материального обеспечения плаксинского подопечного выражался денежной суммой, соответствующей четырем установленным законом минималкам.

Договор с Плаксиным был заключен 7 июня 2001 года, а на четвертый день после этого, 11 июня 2001 года, Виктор Багров внезапно умер.

Наследники первой очереди – мать и сын умершего обратились с иском в суд о признании договора между Багровым и Плаксиным недействительным.

Дело рассматривал Ленинский райсуд г.Владимира, который вынес решение в удовлетворении исковых требований истцам отказать. Судебная коллегия по гражданским делам областного суда тщательно проверила материалы дела. В итоге решение было отменено. Областной суд констатировал, что пожизненное содержание с иждивением является разновидностью ренты. А из статьи 584 Гражданского кодекса РФ следует, что если предметом договора ренты служит недвижимость, то договор подлежит как нотариальному удостоверению, так и регистрации. Нарушение любого из этих требований влечет недействительность сделки с возвращением сторон в прежнее положение. В данном случае Багров умер до начала процедуры регистрации права собственности в Центре госрегистрации прав на недвижимость. Регистрацией квартиры от его имени и по его доверенности занимался гражданин Н. Однако согласно п. 6 статьи 188 ГК РФ действие доверенности прекращается с момента смерти лица, выдавшего доверенность. В связи с этими обстоятельствами вывод судебной коллегии однозначен: сделку относительно квартиры Багрова следует считать недействительной.

В настоящее время данное дело отправлено на новое рассмотрение в районный суд, который скажет свое слово.

Оставили мать без крыши над головой…

Молодая ковровчанка Малышева Светлана Викторовна обратилась в областной суд с кассационной жалобой на решение Ковровского городского суда. Женщина судится со своей пожилой матерью Зинаидой Захаровной Артемовой, пенсионеркой по старости, инвалидом второй группы. Судебная тяжба между Зинаидой Захаровной и ее детьми за самую большую 17-метровую комнату в их квартире и просто за право жить под крышей дома своего длится уже более двух лет.

Это просторное трехкомнатное жилье в городе Коврове на улице Еловой супруги Артемовы с двумя подростками-дочерьми Тамарой и Светланой получили весной 1983 года. Вселившись, Зинаида Захаровна с мужем заняли самую большую комнату. Случилось так, что через пару лет после новоселья их брак распался. Когда бывший глава семьи покинул дом, Зинаида Захаровна стала ответственной квартиросъемщицей. Мать по-прежнему жила в большой комнате, Тамара – в средней, а Светлана облюбовала двенадцатиметровку.

В настоящее время в их спорной неприватизированной квартире зарегистрировано пять человек: кроме Зинаиды Захаровны с дочерьми проживают также двое их детей – внучки Зинаиды Захаровны (с мужьями у молодых женщин жизнь не сложилась).

Крупные семейные раздоры, вылившиеся во взаимную ненависть, начались после того, как в один прекрасный день 1987 года Светлана, воспользовавшись отсутствием родительницы, вторглась в ее обитель. Без лишних церемоний выкинув мамашины вещички, она демонстративно заняла вместе со своим ребенком просторную комнату, повесив на дверь замок. Свои действия женщина мотивировала тем, что им с ребенком на 12-ти метрах стало тесно, негде поставить для девочки кровать. “Если бы Светлана по-хорошему попросила уступить ей большую комнату, я бы пошла ей навстречу”, – написала в своей жалобе Зинаида Захаровна, но… Вторая дочь Артемовой, Тамара, от сестры не отстала, также водрузив на дверь своих “апартаментов” внушительное запорное устройство. Свои действия сестры обосновали железно: мол, иначе нельзя, мать ворует их вещи. Образумить дочь вернуться на исходную позицию, то бишь в свою комнату, Зинаиде Захаровне так и не удалось. Сама она в Светланино жилище вселяться не стала, приняв решение отстаивать права на прежнее помещение. К тому же там осталась вся ее мебель и некоторые вещи.

По утверждению Зинаиды Захаровны, между ней и дочками сложились невыносимые отношения. Пока было тепло, Зинаида Захаровна ночевала то на балконе, то на кухне. Она понимала, что в доме совершенно лишняя. Бывшей Светланиной комнате дочки быстро нашли применение: она стала использоваться в качестве кладовой и игровой для девочек. В довершение ко всему они подменили мамашин ключ от входной двери, лишив ее возможности попадать домой, оставив практически под открытым небом.

Состав Ковровского городского суда, рассматривавший это дело, выезжал по месту нахождения квартиры Зинаиды Захаровны и убедился в том, что отпереть входную дверь ключом, которым снабдили старушку ее дочери, невозможно. Внучка, ссылаясь на запрет своей матери, бабушку в квартиру не впускала. С осени 1999 года и до момента рассмотрения этого дела в областном суде Зинаида Захаровна была вынуждена скитаться по чужим углам. Палочкой-выручалочкой стал городской троллейбус: измученная и больная, она садилась в вагон и дремала у окошка до тех пор, пока ее не выпроваживал кондуктор. Совсем отчаявшись, Зинаида Захаровна решила поселиться в доме-интернате для престарелых, но получила отказ из-за того, что формально она имеет жилье. Наконец пожилой женщине удалось снять угол на частной квартире. В то время, как дочери Артемовой со спокойной совестью наслаждались уютом и теплом, их мать еле сводя концы с концами, на свою скромную пенсию и подрабатывая, где получится, с трудом оплачивала снятое жилье. Но она не теряла надежду, мечтала о том, что вернется домой, будет жить в своей комнате, откроет отдельный лицевой счет и, возможно, обменяет свое жилье на другое – подальше от дочерей.

Однако у Светланы Викторовны Малышевой – свои планы и, судя по всему, уступать матери она не собирается. Дочь Зинаиды Захаровны считает, что права и большую комнату следует оставить за ней: дескать, в противном случае права ее ребенка будут ущемлены. Ведь их двое, а мать – одна. Однако Зинаида Захаровна обратила внимание суда на то, что кроме комнаты в их квартире на улице Еловой Светлана Малышева является еще и владелицей однокомнатной благоустроенной квартиры гостиничного типа по улице Строителей в г.Коврове, которую она приобрела. Можно ли в этом случае говорить об ущемлении прав ее ребенка?

Коллегия по гражданским делам областного суда оставила кассационную жалобу Малышевой без удовлетворения. Иначе говоря, согласно определению областного суда решение Ковровского горсуда остается в силе. Это значит, что с Зинаидой Захаровной должен быть заключен договор найма жилого помещения на ее прежнюю комнату площадью 17,4 квадратных метра. Что касается дочерей Артемовой, то в соответствии с решением суда за ними будут закреплены их былые владения, в частности за Малышевой – ее комната площадью 12 квадратных метров. При этом на каждую комнату должен быть открыт отдельный лицевой счет.

Суд обязал дочерей Зинаиды Захаровны не чинить ей препятствий в пользовании квартирой. А в связи с тем, что они причинили своей матери нравственные страдания, нарушили ее законное право на пользование жильем, суд удовлетворил и иск Артемовой о компенсации ей морального вреда.

Е.УТЕШЕВА, пресс-секретарь Владимирского областного суда.

г.Владимир.

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике