Лесам нужен теплый инвестиционный климат

Из-за нехватки своих перерабатывающих предприятий владимирская древесина уходит из области, а лесное хозяйство не может выйти из кризиса Во Владимирской области фактически нет предприятий по глубокой переработке леса....

Из-за нехватки своих перерабатывающих предприятий владимирская древесина уходит из области, а лесное хозяйство не может выйти из кризиса
Во Владимирской области фактически нет предприятий по глубокой переработке леса. Поэтому почти вся спиленная у нас древесина уходит в другие промышленные регионы или на экспорт.
Сегодня это одна из важнейших причин неурядиц в лесном хозяйстве. Ведь назвать работу лесной отрасли эффективной можно только тогда, когда ее сырьевой ресурс приносит максимальную пользу собственной экономике и отдачу каждому жителю региона.

Кто в лес, кто по дрова
Приоритетными покупателями древесины у нас в области являются пилорамы. Мелких предприятий переработки – от ста до трехсот в каждом районе. Но польза от их деятельности сомнительна. По мнению участников Общественно-политического консультативного совета, пилорамы только заваливают окрестные населенные пункты тоннами отходов производства – опилками, стружкой и горами прочего древесного мусора. Жалобы на работу пилорам регулярно поступают от жителей со всей области.
Как напомнил начальник департамента лесного хозяйства Николай Белоусов (на фото), за свалки мусора виновники должны нести наказание. Нарушителей должны активнее штрафовать районные административные комиссии. Для лесной отрасли основная загвоздка не в свалках из-за пилорам – это в основном беда сельских поселений. На самом деле отходы лесопереработки – ценный материал, который можно эффективно использовать. Например, делать из него древесно-стружечную плиту.
Но крупных предприятий по производству ДСП, фанеры или мебели, бумаги, картона, древесного топлива в области единицы. В то время как именно они могли бы принести пользу экономике губернии и решить социальные проблемы отдельных районов. Для лесного хозяйства было бы дальновиднее поставлять сырье <своим> предприятиям переработки, чем продавать выращенный у себя лес в другие регионы, а тем более на экспорт по низким ценам.
Конечно, продавать лес выгоднее в обработанном виде, поэтому пилорамы созданы и при нескольких лесничествах области. Департамент лесного хозяйства перерабатывает около 60 процентов спиленного леса и лишь 40 процентов реализует <кругляком>.
Среди немногих крупных предприятий переработки в области – завод котельно-топочного и сушильного оборудования <Союз> в поселке Глебово Ковровского района. Завод занимается переработкой древесины под топливо и изготавливает так называемые <древесные котлы> – экологичные и экономичные современные системы отопления. Среди его заказчиков – российские и зарубежные жилищно-коммунальные предприятия и владельцы торгово-промышленных площадей.
Одним из перспективных предприятий лесной переработки можно назвать также новый Камешковский фанерный завод. Но для изготовления фанеры необходимы деревья лиственных пород, а лесное хозяйство Владимирской области специализируется преимущественно на сосне. Хотя, как отметил Николай Белоусов, березовых рощ в губернии тоже хватает. Но их почти не рубят – мало местных заказов.
– Сырье для предприятий лесной переработки у нас в хозяйстве есть, – сообщил Николай Данилович. – А самих предприятий практически нет. Но это уже вопрос не к нашему ведомству. Конечно, нужен в области и более благоприятный инвестиционный климат для того, чтобы такие предприятия у нас создавались.
Первые среди последних

Понятно, что лес – сырье экономически очень выгодное. Важно только правильно его использовать. Во Владимирской области осваивается 60 процентов расчетной лесосеки. То есть по уровню лесопользования наша область имеет один из лучших показателей в России. На первый взгляд, лесные богатства приносят губернии солидную прибыль. Ежегодно департамент лесного хозяйства получает доходов на сумму около 190 млн рублей, и они превышают расходы на его содержание.
Но основная доля прибыли обеспечена арендаторами (45%) – предприниматели платят за использование арендуемых у государства участков. И лишь около 20% доходов казне дают торги, то есть непосредственно продажа спиленной лесничествами древесины предприятиям и частным лицам. Департамент контролирует, чтобы аукционы продавали лес максимально дорого. Но признается, что очень заинтересован в увеличении заказов: будь рядом хотя бы десяток крупных предприятий переработки, лесное хозяйство более эффективно использовало бы местный сырьевой ресурс и дало бы еще больше прибыли в бюджет. Соответственно, больше средств можно было бы потратить и на восстановление лесов.
В этом году в области планово спилено 3,8 тысячи гектаров леса. Новые посадки сосен заложены на 5 тысячах гектаров. Казалось бы, вырубка леса сполна компенсируется восстановлением. Но от пожаров в этом году погибло тоже около 5 тысяч гектаров леса. А варварские незаконные рубки леса, по словам Николая Белоусова, произошли на площади примерно в 10 тысяч гектаров. Поэтому безоговорочно утверждать о прибыльности лесного хозяйства пока рано.
Конечно, в сравнении с другими областями России лесное хозяйство Владимирщины выглядит на <отлично>. Но эффективнее сравнение с лидерами. Во всем мире взгляд на лесопользование совсем иной. По статистике, приведенной председателем комитета природопользования ЗС Галиной Есяковой, Россия по уровню лесопользования занимает сегодня последнее место в мире. Девяносто лет назад в этом списке она была первой. В России с одного гектара леса пилят в 10 – 13 раз меньше древесины, чем, к примеру, в Финляндии, Швеции, США, Германии, Франции. На изготовление своих продуктов глубокой переработки (бумагу, картон) Россия направляет лишь 20 процентов спиленной у себя древесины, а развитые страны – до 85 процентов. Крупных предприятий переработки сегодня единицы не только во Владимирской области, но и по всей России.

Управленцы делят сферы влияния
Причины того, что наша страна за 90 лет из лесной державы превратилась в самую отстающую, специалисты видят, в том числе, в постоянных реформированиях отрасли. Перетряски системы к добру не приводят – снижаются мощности лесных производств, теряется кадровый потенциал.
В связи с этим задачи современного лесного хозяйства специалисты видят в более эффективном использовании леса и техническом переоснащении отрасли. Важно, чтобы лесному хозяйству помогали другие структуры. Должен быть создан благоприятный климат для выгодных области и стране в целом промышленных предприятий. Общие договоренности с департаментами экономики, природопользования, сельского хозяйства и другими заинтересованными ведомствами необходимы.
Но у нас пока выходит наоборот. Управленцы не могут договориться по поводу элементарного. Один из участников Общественно-политического консультативного совета привел пример. По всей области бывшие колхозные поля сегодня зарастают лесом. Сельские производители сами угодья не используют, но и лесному хозяйству их не передают. Лесники не имеют права распорядиться молодой древесиной – брошенные площади относятся к землям сельхозназначения. Сотни гектаров земли по всей области просто пропадают без хозяина. Но, как отметил Николай Белоусов, два ведомства не могут договориться о сфере влияния и решить судьбу таких территорий ради общей пользы.
Очевидно, что лесное хозяйство не может долго существовать без развитой лесной промышленности. Имеющиеся в области и стране в целом мелкие перерабатывающие предприятия сегодня не способны качественно использовать лесной сырьевой ресурс. А бессмысленная борьба за влияние между различными заинтересованными структурами и отсутствие общих разумных решений пока ситуацию только ухудшают.

Елена ПЕВЦОВА
Фото А. Николаева

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике