Россия нашла средство от

ТЕНДЕНЦИИ Минфин отчитался о размере Стабфонда на конец 2006 года. К 31 декабря в нем накопилось 2,2 трлн. руб.

ТЕНДЕНЦИИ

Россия нашла средство от <голландской болезни>

Минфин отчитался о размере Стабфонда на конец 2006 года. К 31 декабря в нем накопилось 2,2 трлн. руб.

И эти деньги не лежат мертвым грузом. С 24 июля 2006 года они инвестируются в облигации государств с наивысшим инвестиционным рейтингом. За этот срок доход от размещения составил $830 млн. Достойный результат, учитывая, что расчетная доходность составила 11,68% годовых при содержавшемся в прогнозе Минфина уровне 3-4%.
На этом фоне с новой силой разгорается дискуссия по поводу правильности выбранной правительством стратегии распоряжения нефтяными доходами. Один из наиболее частых упреков адрес Минфина – "нефтяные" деньги, якобы не работают на российскую экономику. При этом ситуация парадоксальна: призывая правительство слезть с нефтяной иглы, оппоненты Минфина тут же предлагают вложить средства Стабфонда в разнообразные проекты внутри страны. То, что такие меры, во-первых, еще более усилят зависимость экономики от конъюнктуры нефтяного рынка, а во-вторых, спровоцируют резкий скачок инфляции, остается за скобками.

Официально Стабилизационный фонд РФ является частью федерального бюджета и призван обеспечивать сбалансированность федерального бюджета при снижении цены на нефть ниже базовой. Фонд – это своеобразная подушка безопасности на случай снижения цены на нефть ниже критического для экономики уровня. Всем памятен дефолт августа 1998 года, вызванный резким падением нефтяных цен. Наличие Стабфонда сегодня – страховка от подобных <сюрпризов> в будущем.
Но и это еще не все. В последнее время в лексиконе экспертов стало популярно выражение "голландская болезнь". Своему появлению оно обязано кризису, разразившемуся в начале 60-х годов в Нидерландах после того, как там были открыты крупные месторождения природного газа. В результате возросшего притока в страну валютной выручки от реализации сырья, нацвалюта стала укрепляться, а иностранная – обесцениваться. Из-за этого резко снизилась конкурентоспособность обрабатывающих отраслей страны. Бум в добывающем секторе привел к резкому скачку инфляции и безработицы.

Позже с похожей проблемой довелось столкнуться еще нескольким странам. В их числе была и Норвегия, сумевшая, пожалуй, наиболее успешно справиться с этим недугом.
Еще в 90-х годах в этой скандинавской стране был создан государственный Пенсионный фонд, в который направляются средства от продажи нефти. Основная задача фонда – обеспечение пенсий норвежцев после истощения нефтяных ресурсов страны. По итогам 3-го квартала 2006 года объем фонда составил около $265 млрд., рекордный для Европы показатель.
Важная деталь – все средства норвежского фонда, который также называют Фондом будущих поколений, инвестируются в акции исключительно зарубежных компаний. Буквально за несколько лет норвежскому фонду удалость стать одним из самых влиятельных игроков на рынках акций и облигаций от Австралии до Уолл-Стрит. Только в 3-м квартале 2006 года размер фонда вырос на $32,1 млрд., что опять же – рекорд. Что касается полученных дивидендов, то они направляются на развитие социальной сферы: оплату 8-недельного ежегодного отпуска, больничных, субсидирование детских дошкольных учреждений, выплату материальной помощи матерям-одиночкам и финансирование бесплатного образования.

Иным путем пошли власти американской Аляски после того, как в 70-х годах прошлого века там была найдена нефть. Там был создан т.н. Перманентный фонд Аляски (APF), в котором аккумулируются 25% нефтяных лицензионных платежей и налогов.
С начала 80-х каждый гражданин штата ежегодно получает на руки чек на выплату дивиденда. Первые чеки были выписаны в 1982 году – тогда каждый гражданин получил за год $1000. С момента образования фонда Аляска стала единственным штатом США, в котором происходит реальное сокращение уровня бедности. В штате практически нет безработицы. К 2000 году годовые дивиденды, получаемые каждым гражданином Аляски, приблизились к $2000. В начале XXI столетия фонд начал наращивать доходы, инвестируя капитал в высокодоходные, но рискованные активы. Эффект от таких инвестиций вышел обратный ожидаемому – на фондовой бирже произошло падение, выплаты гражданам сократились на 30%, а бюджет штата оказался в дефиците почти на $400 млн.

Так что российский Минфин, начавший в прошлом году инвестировать средства Стабфонда в облигации государств с высшим инвестиционным рейтингом, из нескольких опробованных в разное время в разных странах способов распоряжения нефтяными доходами, выбрал наименее рискованный.
Но, при всех очевидных плюсах такой стратегии, 2 года существования Стабфонда показали, что в нынешнем своем виде он способен лишь частично сглаживать негативное влияние сырьевых доходов на бюджет и экономику.
Это заставляет Минфин по-новому взглянуть на принципы формирования Стабфонда. Согласно предложению Алексея Кудрина, на его базе планируется создать Нефтегазовый фонд из двух частей: резервный фонд и фонд сбережений. Резервному фонду будет отведена та же роль, какую сегодня выполняет Стабфонд – "подушки безопасности". Размер фонда предлагается установить на уровне 7-10% ВВП. Подобная практика есть в Казахстане – там величина нефтегазового трансферта постоянна как доля в ВВП.
Что касается Фонда сбережений, то его основной задачей станет обеспечение безбедной жизни россиян после того, как нефтегазовые ресурсы будут исчерпаны. И здесь четко прослеживаются параллели с упоминавшимся норвежским пенсионным фондом.
Различаться части нефтяного фонда будут не только стоящими перед ними задачами, но и по способам управления. Инвестировать в зарубежные активы планируется и средства Резервного фонда и Фонда сбережений. Однако Минфин исходит из уровня доходности вложений разных фондов – доходность Резервного фонда будет почти вдвое ниже доходности Фонда сбережений. Иными словами, две части нефтяного фонда делятся по степени консервативности вложений: Резервный фонд более консервативен, а средства будущего Фонда сбережений могут быть вложены в т.н. <высокодоходные рискованные активы>, то есть акции и корпоративные облигации. Но инвестироваться они будут на длительный срок, и это должно обезопасить вложения от резких колебаний котировок этих бумаг на рынке. Аляскинский им не грозит.
На основе симбиоза уже обкатанных в других странах стратегий управления доходами от экспорта сырьевых ресурсов Минфином, по сути, предложена собственная концепция <нефтегазового бюджета>. В финансовом ведомстве рассчитывают, что ее внедрение позволит взять под контроль зависимость российской бюджетной политики от колебаний внешней конъюнктуры и гарантировать стабильный уровень расходов бюджета в случае неожиданного снижения цен на ресурсы.
Параллельно будет решаться и еще одна важная задача – переход к обеспечению большей части расходов бюджета ненефтяными поступлениями. Иными словами – постепенное снятие России с той самой пресловутой <нефтяной иглы>.

Подготовил
Виктор Алехин.
Фото из архива редакции.
г.Владимир.

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике