16+

Кофе наделало шуму

Сегодня – Международный день грамотности. О грамотности как одном из важнейших показателей культурного уровня населения споры не утихают уже в течение недели.

Причина тому – вступивший в силу приказ, утверждающий перечень словарей, справочников и грамматик, рекомендованных к использованию Министерством образования и науки РФ.
Одна часть населения страны, уразумев этот документ в весьма широком смысле, вздохнула с облегчением – ну наконец-то можно налить себе крепкое кофе, заключить дОговор, пойти в магазин за тортАми и сказать приятелю "чао" вместо "пока". И никто, мол, тебя за это не осудит – теперь это в порядке вещей. Другая часть россиян, углядевшая в приказе поползновение на честь "великого и могучего", не преминула выразить свое недовольство по этому поводу. "Во что они хотят превратить наш язык? – вопрошает у меня знакомый. – Скоро нормальным будет говорить так: "Подпишу дОговор, полОжу в пОртфель, отдам шОферу, пусть отвезет и по пути заскочит в магАзин, купит черное кофе и свежий йогУрт. У меня по расписанию файв-о-клок". В Интернете (согласно нововведению это слово теперь пишется с заглавной буквы) тут же появились шутки на эту тему: "Операция по смене пола у кофе прошла успешно. И хотя хирургам не удалось превратить его в женщину, на "оно" кофе теперь отзывается без обид".
Зашумели СМИ, оживились блогеры, активизировались лингвисты. Общественная палата РФ выступила с жесткой критикой в адрес Министерства образования и науки, опубликовав комментарий заместителя председателя комиссии Общественной палаты РФ по сохранению культурного и духовного наследия Елены Зелинской:
"Русский язык – это не застывшая лава и не то, что выбито на каменных скрижалях, это живая река, в которую впадают и диалекты, и сленги, и заимствования. Вместе мы их перерабатываем, пережевываем, отбираем. Но остается литературная норма – наш золотой запас, планка, ниже которой нельзя опускаться. Одно дело, например, заимствование слов "йогурт" и "Интернет". И другое, когда неграмотный человек не в силах запомнить правильное ударение в словах "договор" и "звонить", когда он искажает существующее. Это – расхлябанность, неуважение к русскому языку. Когда человек ленится раскрыть рот, чтобы произнести грамотно драгоценное русское слово, и его леность поддерживается Министерством образования, то рассчитывать на какие-то иные трудовые подвиги и вовсе не приходится. Осталось легализовать только мат".
И все же давайте попробуем разобраться, так ли страшен черт, как его малюют, насколько утверждение списка словарей способно изменить языковую культуру и повлиять на изменение норм русского литературного языка.
В список рекомендованных Министерством образования вошли четыре пособия: это Орфографический словарь русского языка Бронислава Букчина, Инны Сазоновой и Людмилы Чельцовой, Грамматический словарь русского языка под редакцией Андрея Зализняка, Словарь ударений русского языка Ирины Резниченко и Большой фразеологический словарь Вероники Телия. Все вышеупомянутые словари выпущены одним московским издательством "АСТ-пресс", что также вызвало немало споров. В министерстве поспешили заметить, что другие издательства не подали свои заявки на рассмотрение межведомственной комиссии при Минобрнауки. Но список открыт и будет пополняться – у других издательств есть возможность заявить о себе. В министерстве также уточнили, что обращаться к вышеуказанным словарям в обязательном порядке обязаны только сотрудники госструктур при делопроизводстве. Но ко времени ли такое узаконивание? И как оно повлияет на развитие нашего с вами языка?
– Вряд ли этот приказ Министерства образования и науки РФ напрямую отразится на языковых процессах, – говорит проректор по научной работе и международным связям ВГГУ, доктор филологических наук Наталья Юдина. – Большинство лингвистов сегодня придерживается точки зрения, что язык – такой же живой организм, как и сам человек, и его вряд ли возможно заключить в строгие рамки грамматик, справочников и сводов правил. Что касается утвержденных словарей, то необходимо отметить, что список в течение двух лет будет пополняться. Многим не нравится то, что словари выпущены в одном издательстве, конечно, по этому поводу возникают вопросы, но, с другой стороны, все это сделано под маркой Института русского языка РАН, а значит, должно вызывать доверие. Официальный список включает в себя словари, которые несколько раз переиздавались. Более ранние издания есть в нашей университетской библиотеке, поэтому говорить о том, что это новые, никому не известные авторы, неправомерно.
По мнению Натальи Юдиной, сама идея создания списка словарей, рекомендованных к использованию, что называется "ко времени" и "к месту". В течение двадцати лет наши граждане попросту не знали, к каким источникам обратиться, чтобы развеять свои лингвистические сомнения.
– До 90-х годов XX века было ясно, какими словарями необходимо пользоваться, – это были фундаментальные авторы, классики лингвистики: Ожегов, Ушаков, Аванесов и другие. В начале 90-х, когда создание печатной продукции превратилось в своего рода бизнес, появилось множество словарей, которые не прошли лингвистическую экспертизу и печатались без рекомендаций ведущих ученых, поэтому не всегда предлагаемый словарь можно было назвать авторитетным, – говорит Наталья Юдина.
Так что же вызвало такой ажиотаж в русскоговорящей среде? Среди новшеств в вышеупомянутых словарях: допустимо употребление слова "кофе" в среднем роде, появление слова "дОговор" с пометой "разговорное", равноправные варианты употребления слов и словосочетаний "по срЕдам" и "по средАм", "тандЕм" и "тАндем", обеспЕчение" и "обеспечЕние", "твОрог" и "творОг", а также написание "Интернет" с заглавной буквы, прибавление буквы "и" в окончании столицы Южной Осетии "Цхинвали", употребление слова "чао" вместо "пока", "файв-о-клок" вместо "полдника" и "брАчащиеся" вместо "брачующиеся".
Надо сказать, что языковые нормы менялись, меняются и будут меняться. Составителям словарей ничего не остается делать, как фиксировать в справочниках то, как говорят вокруг, и со временем это произношение становится нормой. Возможно, лет через пять-десять "дОговор" получит официальную прописку в языке и вытеснит "договОр": Но не стоит забывать, что в снижении речевой культуры виноваты не те, кто записывает, а те, за кем записывают. Для наглядности приведу пусть и не вполне реалистичный, зато вполне доказательный пример. Есть в нашем обществе граждане, которых хлебом не корми, дай помусорить. И если даже в поле их видимости есть урна, они обязательно бросят фантик на том самом месте, где съели конфетку. И вот, допустим, соответствующие структуры выпускают указ, согласно которому мусор можно выбрасывать не только в урны, но и на землю. Нет, ну лучше, конечно, в места, специально для этого отведенные, но можно и на землю – как вариант нормы. Станут ли в этом случае наши улицы еще грязнее? Сомнительно. Тут уж кто как воспитан. Если человек привык убирать за собой, то он так и будет продолжать искать урны, а те, для кого это было и раньше не важно, продолжат свое "мусорное" дело. Так же и с языком. Если человек всю жизнь говорил "договОр", то вряд ли какие-нибудь нововведения повлияют на его языковые пристрастия, а если человек всю жизнь ходил за тортАми, то отправить его за тОртом будет проблематично.
Может показаться, что составители словарей, вынося оправдательный приговор ошибкам, таким образом, уравнивают их в правах с существующей нормой. Но это не так. Вариант нормы – это как мясо с душком, некое послабление для тех, кто по каким-то причинам пока не в силах выговорить "договОр".
– Я считаю, что безусловный плюс приказа в том, что проблема языковой культуры приобрела государственное значение, – продолжает Наталья Юдина. – Люди стали задумываться над тем, как они говорят. Правда, некоторые подумали, что произойдет резкое падение языковых норм, как с пресловутым "договором". Но это не так, как было преподнесено СМИ. В словаре "договОр" дано с пометой "разговорное". А это значит, что словарь просто зафиксировал такое употребление слова. Оно из разряда просторечных перешло в разговорное. Но помета как была, так она и сохраняется.
Наталья Юдина считает, что не нужно бояться узаконивать динамичность и вариативность нормы. Словари должны соответствовать времени, но у каждой медали, как известно, две стороны.
– Множество вариантов, которые предлагает словарь, создают хаос в сознании человека. И если раньше можно было указать на то, что нельзя говорить обеспечЕние, то теперь это можно. Такая языковая свобода открывает дорогу для все новых и новых языковых вариантов. Как следствие – вымывание высокого стиля и элитарной речевой культуры. Высокий стиль заменяется средним, и в результате мы не стремимся к идеалу, а, наоборот, открываем дорогу для новых ошибок в области языка, – говорит Наталья Юдина.
И ко всему прочему, говорить по-русски правильно – дорого. Каждый словарь из утвержденного списка стоит около тысячи рублей. Да и достать их не так-то просто. Во Владимире удалось найти только два пособия: словарь ударений и орфографический словарь. Остальные нужно заказывать в Москве.
И все же во всей этой истории есть один неоспоримый плюс – возникновение шумихи вокруг русского языка внушает надежду на его светлое будущее. Ведь за эту неделю почти до каждого россиянина дошли отголоски поднятой проблемы и заставили задуматься над тем, какой кофе мы пьем и какие договоры подписываем.

Юлия ДЕНИСОВА

Просмотры: