Недетские проблемы “заброшенных” детей

В прошлом году в России от преступных посягательств пострадали 126 тысяч детей. Шесть миллионов ребятишек живут в неблагополучных семьях. Ежегодно в нашей стране выявляется свыше 100 тысяч родителей...

В прошлом году в России от преступных посягательств пострадали 126 тысяч детей. Шесть миллионов ребятишек живут в неблагополучных семьях. Ежегодно в нашей стране выявляется свыше 100 тысяч родителей или иных законных представителей несовершеннолетних, не исполняющих должным образом обязанности по их воспитанию. Только в 2008 году к административной ответственности
по данному основанию привлечены более 450 тысяч лиц, возбуждено свыше 5,5 тысячи дел, лишены родительских прав почти 33 тысячи человек. Не случайно тему насилия над детьми поднял президент Дмитрий Медведев, призвав Думу ускорить принятие поправок в закон "Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации".

Сохранить ячейку общества
Во Владимире данные о родителях, скверно исполняющих свои обязанности по воспитанию и содержанию детей, аккумулируются в городской комиссии по делам несовершеннолетних. Реально существуют две категории учета: наблюдательный, когда ведется контроль за недобросовестными родителями, один раз попавшими в поле зрения государственной машины (пап и мам предупреждают о том, что если они и впредь не будут заниматься ребенком, то к ним будут приняты жесткие меры, вплоть до лишения родительских прав), и профилактический – когда с неблагополучной семьей начинают плотно работать соцзащита, органы опеки, милиция:
– Задача, которую ставит президент Дмитрий Медведев, – сохранить полную семью. До недавнего времени лишение родительских прав было очень распространенной мерой, – говорит ответственный секретарь комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав администрации города Владимира Светлана Садовникова. – Глава государства сказал, что детских домов быть не должно. Мы должны всеми силами пытаться сохранить кровную семью, но если ребенку там плохо – найти ей замену.
В прошлом году на горе-родителей из числа владимирцев было составлено 453 протокола о правонарушениях. А на учете в комиссии по делам несовершеннолетних стоит 256 семей, в которых воспитывается 301 ребенок. В основном речь идет о родителях, не должным образом исполняющих свои родительские обязанности по воспитанию, содержанию и обучению детей. Страшные моменты (сексуальное насилие в семье, жестокое обращение), встречающиеся в общероссийской статистике, для Владимира – редкость. На памяти Светланы Садовниковой лишь несколько подобных случаев, произошедших за последние годы. К примеру, в прошлом году был эпизод – мать обвиняли в том, что она избивает свою дочь: синяки и ссадины на руках и ногах ребенка заметили школьные учителя. Девочка сказала, что мать сурово наказывает ее за любую провинность, включая плохие отметки. Однако дело рассыпалось в суде за недостаточностью улик.
– До проявлений жестокости среди наших "подопечных" дело не доходит, мы это строго отслеживаем, – поясняют сотрудники комиссии. – Но, бывает, страшные истории случаются в семьях, не стоящих на учете. Вот недавнее "громкое" происшествие, когда мужчина убил сожительницу и ее 12-летнюю дочку. Мы эту семью даже не знали. Она считалась благополучной:

Алкоголиков надо заставить трудиться
За подопечными – всегда строгий контроль. Это нормально, если сотрудники комиссии по делам несовершеннолетних приходят без предупреждения, чтобы проверить, в каких условиях живут родители и ребенок. Если им кажется, что условия неподобающие, они сообщают об этом в органы опеки, после чего малышей могут забрать из семьи. Таких случаев множество.
– Если в семье действительно ужасная ситуация, документы на лишение родительских прав подаются тут же, в течение трех дней. Но иногда вопрос удается уладить миром. Вот пример. Приехали в семью, где детей воспитывает один отец (мать давно лишена родительских прав). Папы нет, он в запое, а двое малолетних детей – одни в квартире. Забрали их в реабилитационный центр, – вспоминает Светлана Садовникова случай из практики. – На днях протрезвевший отец принес справку о том, что он закодировался. Мы взяли документ и предупредили мужчину: еще один такой "прокол", и детей у него отберут безвозвратно.
Журналисты "Призыва" сами сходили в рейд по неблагополучным семьям вместе с сотрудниками комиссии по делам несовершеннолетних и правоохранительных органов. Первой, к кому наведались, была мать, находящаяся под угрозой лишения родительских прав. Татьяне Сорокиной (имя и фамилия изменены) всего 28 лет. У нее на руках – двухлетняя дочь, которой мамаша совсем не занимается, поскольку почти не выходит из запоев. Накануне визита комиссии в пьяном угаре женщина подралась с собственной матерью (бабушкой малышки) на глазах ребенка. Услышав крики, соседи увели девочку к себе, после чего позвонили родной сестре Татьяны, и та увезла племянницу. Сейчас органы опеки собирают документы на лишение матери родительских прав. Двухлетнюю девочку, скорее всего, определят в дом малютки, поскольку среди родственников Татьяны нет таких, кто оформил бы опеку: у бабушки – группа инвалидности, у младшей сестры – свои малолетние дети, а достаток в семье небольшой.
Другая семья "подопечных". Двое детей. Трехкомнатная квартира деревянного дома. Жилой можно назвать только одну комнату, и то условно. Две другие похожи на склад ветоши и рухляди. Кругом грязь и зловоние. Мать нигде не работает. До недавнего времени была уборщицей в одном из магазинов. Уволилась, поскольку "два раза в день убираться очень тяжело". Отец (родители официально в разводе) живет отдельно, но часто наведывается в гости. Он тоже не работает, но получает пенсию по инвалидности. Иногда крохи из этой суммы перепадают и бывшей жене.
Обходим семьи. Разные лица. Разные судьбы. Но, пожалуй, в каждой – отпечаток беды. Душевной серости. Беспросветности. Алкоголизма. Как правило, никто из алкашей-родителей не стоит на бирже труда. Живут чем придется. Побираются. Собирают "еду" по помойкам.
– Алкоголики не будут работать до тех пор, пока их не заставят этого делать. Их дети живут в ужасных условиях: в квартире нет воды, света, газа, – все отключено за неуплату, а мать не хочет трудиться, потому что это "ее право"! – с болью говорит Светлана Геннадьевна.
Сегодня во Владимире действует несколько центров, способных помочь конкретной семье. Здесь работают психологи, юристы, социальные работники, педагоги. И все они связаны одной целью – переориентировать асоциальную семью к нормальной жизни. Бесплатную помощь специалистов предлагают всем оказавшимся в трудной ситуации, но соглашаются ее принять только 10 % от всех неблагополучных "ячеек общества".
Историй, когда родители вдруг опомнились и взялись за ум, единицы. Тем не менее, чудеса случаются. Убедились в этом сами, проведав семью Солнцевых (фамилия изменена). Дверь старого, идущего под снос деревянного дома открыла женщина средних лет с лицом, запечатлевшим прошлую разгульную жизнь.
– Она действительно пила и нигде не работала, – подтвердила мою догадку завотделением профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних социально-реабилитационного центра Анастасия Китаева. – Речь уже шла о лишении родительских прав, но потом женщина резко завязала с алкоголем, устроилась на работу и занялась семьей.
Можно лишь гадать о причинах такого перерождения. Сотрудницы центра говорят, что сознание их подопечной резко изменилось после перенесенной тяжелой болезни, когда женщина долгое время была прикована к постели.
Солнцевы приехали во Владимир из сельской местности после того, как у них сгорел дом. Понятно, что условия, в которых сейчас живет семья, райскими не назовешь, но это все же лучше, чем вовсе быть без крыши над головой. В старом доме с заколоченными окнами Солнцевы пытаются создать мало-мальский уют: виден небольшой косметический ремонт, цветы в плошках:
– Это у меня дочь ухаживает за растениями. Ей нравится. Ей бы в кружок записаться какой, – рассуждает мать.
Дочь Светлана (имя изменено), ученица 7-го класса, стоит рядом с матерью, улыбаясь. Идея с ботаническим кружком ей явно по душе. Главное, говорит, чтобы "хобби" не помешало учебе.

Выход за семейные рамки
Сильное заблуждение – считать, что дети стремятся поскорее вырваться из дома своих пьющих родителей. Своих пап и мам они все равно любят. Обычно до 10-12 лет ребятишки вообще не видят разницы между своими родителями и "нормальными". И только потом осознают, что их мамы и папы не такие, как все. Но опять же, как правило, не отворачиваются от непутевых предков, а жалеют.
– Все вокруг ругают родителей, и у ребенка формируется установка, что их папа или мама – несчастные люди, нуждающиеся в защите. Дети не понимают, что в ситуации виноваты сами родители, а не окружающие люди, у них формируется неправильное понимание роли социума. Поэтому со временем мы получаем нового социального иждивенца. Так случается не потому, что дети плохие, а потому, что они усвоили статус своей семьи. Они сначала не учатся, потом не работают. И выживают, как умеют: кто-то по помойкам лазает, кто-то ворует мелочь, а кто-то пускается и на более серьезное преступление, – говорит Светлана Садовникова. – Очень важно вовремя "подхватить" ребенка и максимально размыть границы семьи. Дать шанс увидеть и перенять положительный социальный опыт.
Сделать это трудно. Чтобы "приглушить" для ребенка авторитет семьи, нужно действовать аккуратно: не методом запретов, а методом демонстрации преимуществ другого образа жизни. Сотрудники комиссии полагают, что необходимо возродить существовавший в советские времена институт общественных воспитателей, когда к каждому трудному подростку прикреплялся свой наставник. В комиссии уже провели своеобразный эксперимент: набрали молодых добровольцев, готовых заниматься с 12-16-летними подростками, и поручили им группу. Опыт удался. Ребята привязались к своим воспитателям настолько, что ходили за ними, как привязанные, внимая всему, что те говорили.
Ну и, конечно, организация досуга. Вечная тема. Особенно хорошо дети сплачиваются в игре, поэтому межрайонные турниры по футболу уже давно вошли в традицию.
– Конечно, сразу ребенок за нами не пойдет, – рассуждают в комиссии по делам несовершеннолетних. – Но когда мы его "подцепили", он наш. Мы с ним занимаемся, потом подключаем клубы по месту жительства и соцзащиту. Дети постепенно принимают другой уклад жизни, отличный от их семьи. Они не сразу включаются в процесс, но со временем осваиваются. И на пути усвоения негативного семейного опыта ставится определенный психологический барьер. Ребенок видит, что есть альтернатива пьянству и тунеядству.
Насколько эффективны эти методы, говорит статистика. За год комиссия рассматривает более двух с половиной тысяч дел. Из них повторных случаев – 70. Это те ребята, которых пока не удалось вытащить из трясины семейного уклада.

"Детские" поправки необходимы
Мнение, что с парнями труднее работать, – ошибочное. Говорят, что они грубые, непослушные и плохо идут на контакт. Но все эти качества присущи и слабому полу. А вот в жизни оступившиеся девчонки куда как менее защищены.
– Если говорить честно, все те проекты, которые я создавала для девочек и которым посвятила жизнь, на 90% оказались неудачными,- признается Светлана Садовникова. – Есть, конечно, отдельные положительные результаты, но они слишком кратковременны. Мои подопечные выходили замуж, мы общались с их мужьями и детьми. И все вроде бы хорошо. Но потом наступает срыв, круг замыкается, и мы уже лишаем родительских прав тех девчонок, которых когда-то пытались спасти. Безумно больно. И это не только мой печальный опыт. Из разговоров с коллегами, занимающимися исключительно девочками, точно знаю: положительных результатов в этой области очень мало.
По мнению Светланы Геннадьевны, в государстве должны быть проекты, специально разработанные для женщин. Ими нужно заниматься отдельно. Сейчас все программы усредненные, рассчитанные на общий возраст, на общую категорию. Это неправильно.
Кроме того, на правительственном уровне необходимо еще принять ряд законов, направленных на профилактическую работу с детьми из семей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации. По мнению главы МВД Рашида Нургалиева, профилактикой должны заниматься органы опеки и комиссии по делам несовершеннолетних. Но вот парадокс: комиссии до сих пор работают по положению, разработанному в 1967 году. Другого документа, современного, нет. Давно уже назрела необходимость внести "детские" поправки в Административный кодекс, разработать положения о ювенальной юстиции. Нововведения нужны, причем не только на государственном, но и на местном уровне.
– Сегодня необходимо, чтобы в полную силу заработал закон об опеке и попечительстве, – говорит Светлана Садовникова. – Его нужно вывести из-под юрисдикции органов местного самоуправления. Это прерогатива губернатора, однако вопрос пока не решается. Опека по-прежнему находится под юрисдикцией муниципалитета.
Еще одно новшество, которое просто необходимо, – обязать родителей нести административную ответственность за совершение детьми и подростками до 16 лет противоправных действий. Раньше такая статья в законе была. Потом ее скорректировали, и по нынешнему законодательству мамы и папы несут административную ответственность за своего ребенка только в том случае, если он был нетрезв. Во всех остальных ситуациях родителям грозит "общественное порицание" и "предупреждение" – по положению 1967 года. Те, кто работает с неблагополучными семьями, знают, что эти меры не эффективны. Самым действенным методом оказывается метод воздействия рублем.
– Вы только представьте себе: ребенок приходит в школу и отнимает у других детей деньги. А мать, когда является к нам на комиссию для разбирательства, никак на это не реагирует. Сидит и ноль эмоций! – рассказывает ведущий специалист комиссии Ирина Гайсина. – Она распустила своего ребенка до такой степени, что он стал социально опасен, а ей на это наплевать. И ответственности она не несет. А вот раньше ее бы оштрафовали. И после этого меры к своему чаду она, наверное, применила бы.
Следующее нововведение. Два года назад городская комиссия по делам несовершеннолетних вышла с инициативой внести в областное законодательство статью о наказании родителей за бесконтрольное пребывание детей в возрасте до 14 лет на улице в вечернее время. Закон был принят, и показатели детской преступности несколько снизились. Однако прокуратура, усмотрев в этом документе нарушение прав детей, отменила данную статью. А в соседних областях подобные законы успешно применяются.
– Почему в Москве эта статья права подростков не нарушает, а у нас нарушает? – удивляется Светлана Садовникова.
Учитывая количество новых законов и поправок, которое сегодня требуется для работы с неблагополучными семьями и для профилактики безнадзорности и преступности несовершеннолетних, можно только надеяться на активность депутатов всех уровней. Рассуждать о необходимости принятия каких-либо мер в отношении семей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации, можно долго, но не пора ли перейти к более конкретным действиям?

Кира СМИРНОВА
Фото автора

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике