Великий пост: время каяться, граждане

2 марта начался Великий пост - время сугубого покаяния и молитвы, как учит нас церковь. Если помолиться у нас уже многие не возражают - на дворе кризис и...

2 марта начался Великий пост – время сугубого покаяния и молитвы, как учит нас церковь. Если помолиться у нас уже многие не возражают – на дворе кризис и надежды на Бога стали превосходить упование на собственный профессионализм, то вот с грехами все не так однозначно. Привыкли люди со школьной скамьи к тезису "Человек – это звучит гордо" и грехов предпочитают не замечать. Вот и решили мы поинтересоваться у знакомых священников, что их беспокоит в душевном состоянии паствы.

Из разговоров выяснилось, что есть тема, о которой пора говорить серьезно, "бить в колокола". Оказывается, наша страна занимает одно из первых мест в мире по количеству узаконенных детоубийств – абортов.
Отношение к ним в современном российском обществе неоднозначно и противоречиво. Медики в один голос твердят, что в искусственном прерывании беременности нет ничего хорошего – во всяком случае, для физического и эмоционального здоровья женщины. Вроде бы, всех волнует демографический вопрос. Однако в современной России ежегодно более полутора миллионов беременностей заканчиваются абортами.
Ответы наших сограждан на вопросы социологов поражают логическими нестыковками. Несмотря на то, что половина россиян считает аборты детоубийством, в то же время 64% рассматривают прерывание беременности на операционном столе в качестве вполне приемлемого способа регулирования рождаемости даже в полноценной, экономически обеспеченной семье.
Для сравнения, в США отношение к этой проблеме раскололо американское общество. Там ежегодно происходит 1,3-1,4 миллиона абортов. Причем на тысячу американок в возрасте от 15 до 44 лет за год приходится 23 аборта. Для сравнения, в "сексуально раскрепощенной" Франции на тысячу женщин детородного возраста абортов случается в два раза меньше. А в Нидерландах и вовсе пошли на рекорд – на тысячу женщин там приходится лишь 7 абортов! Причем доступ к искусственному прерыванию беременности на ранних стадиях не ограничен и является бесплатным.
Во время моей поездки в Америку я стал свидетелем кровавых событий в Северной Каролине. Агрессивные противники детоубийств попытались взорвать клинику, где проводились соответствующие операции. Только по случайности погиб один человек-врач, а не десятки запланированных жертв. Радикальные защитники детских жизней готовы на все! Думается, что в России надо искать другие пути. Духовенство справедливо считает, что об этом надо говорить.
Наша статистика ужасна! Около 60% всех беременностей в России заканчиваются абортом, и 10% беременных женщин теряют детей из-за проблем со здоровьем. Россия занимает второе место в мире после Румынии по числу абортов на душу населения. Каждый 10-й аборт совершают девушки до 18 лет. В 2004 году в нашей стране число абортов превысило число родов: было зарегистрировано 1,6 млн абортов и 1,5 млн рождений, утверждает руководитель Научного центра акушерства, гинекологии и перинатологии РАМН, главный акушер-гинеколог России Владимир Кулаков. По неофициальным же данным, ежегодно прерывается 6 млн беременностей! От 10 до 15% абортов дают различные осложнения, от 7 до 8% женщин после них становятся бесплодными.
Россия – первая страна в мире, узаконившая аборт еще в 1920 году. Специалисты-историки говорят, что это была едва ли не личная инициатива Ленина. После падения монархии последовало и катастрофическое падение нравов. "Сексуальная революция" с фантастическими проектами "обобществления жен" была частью революции социальной. Архивные документы тех лет раскрывают причины легализации аборта – невиданный размах аморализма в ячейках РКСМ и беременность первых комсомолок, которым "интересное положение" мешало строить светлое будущее. Несмотря на сталинскую отмену "ленинского декрета" в 1936 году, традиция узаконенного детоубийства успела пустить глубокие корни, тем более что за годы репрессий был уничтожен цвет русской дореволюционной гинекологии, являвшейся хранителем этических принципов в медицине.
Сейчас депутаты Государственной Думы, связанные с РПЦ, активно лоббируют проекты запрета или ограничения абортов в России. По мнению Александра Крутова и Александра Чуева, женщина должна предоставить врачу письменное согласие мужа на прерывание беременности. Кроме этого рассматривается предложение на право медика отказаться от личного участия в операции, которая противоречит его религиозным и нравственным принципам. Противники абортов считают, что на данную "услугу" не может распространяться медицинская страховка.
Однако главное поле битвы – человеческое сердце и душа. Пока клерикалы и антиклерикалы спорят о количестве православных, настоящую статистику верующих дает цифра детоубийств в России. Конечно, ограничение условий для прерывания беременности в вымирающей стране необходимо, но оно не способно решить духовные и нравственные проблемы, как не решает их раздача презервативов молодежи для "безопасного секса".
В католической Польше, несмотря на запрет аборта в 1990 году, рождаемость такая же, как и в России. У нас даже чуть больше – 1,3 ребенка на женщину. Жителям Белоруссии и Калининграда известна причина популярности местных клиник у гражданок с польским паспортом. Кто ищет, тот, увы, найдет свой абортарий. Однако польская церковь активно сопротивляется абортам не только словом, но и делом. В Кракове существует женский монастырь, в стене которого есть специальная ниша. В ней – отапливаемое пространство со звонком: мать, решившая отказаться от ребенка, может анонимно оставить младенца в стене и уйти, предварительно оповестив монахинь о подкидыше сигнальной кнопкой. Польский опыт мне кажется более эффективным, чем практика русских священников ходить в клиники и уговаривать женщин отказаться от прерывания беременности.
Безусловно одно – аборт является показателем кризиса религиозного сознания. В древности церковь запрещала детоубийце причащаться в течение 10 лет. Грешники должны были стоять на паперти и не допускались в храм дальше входа в него. Повторный аборт мог лишить человека права называться христианином. Учитывая невиданный размах детоубийств в России, в котором, без сомнения, виноваты не только женщины, но и мужчины, разрешившие их, подтолкнувшие соблазненных, народу есть в чем покаяться. Мой собеседник-священник верно сказал, что аборт есть признак исчезновения любви. Не может любящий человек позволить убить свое дитя. Он с горечью заметил, что сейчас неполиткорректно осуждать горе-матерей, но кто же тогда пожалеет неродившихся детей?

Михаил ВОРОНОВ, религиовед

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике