Особенности национального благочестия: не делайте из одежды культа!

В последние годы двери многих храмов украсили специальные таблички, регламентирующие внешний вид их посетителей. Слов нет, конечно, какой-то "дресс-код" нужен. Однако наряду со справедливыми требованиями часто встречается и...

В последние годы двери многих храмов украсили специальные таблички, регламентирующие внешний вид их посетителей. Слов нет, конечно, какой-то "дресс-код" нужен. Однако наряду со справедливыми требованиями часто встречается и запрещение женщинам заходить в церковь в брюках. Все ли запреты имеют подлинное обоснование в православной традиции?

Несмотря на то, что патриарх Кирилл высказался публично против каких-либо церковных "реформ", новые "ветры" стремительно задули внутри церковных стен. Трудно было представить, чтобы представитель крайне консервативного крыла – Русской зарубежной церкви – митрополит Илларион (Капрал) вдруг спокойно отнесется к "нетрадиционной" дамской одежде. В интервью "Русской службе новостей" он заявил следующее: "Во Франции женщины не носят юбки вообще, они ходят только в брюках. Так что, нам отказаться от наших французских прихожанок ради того, чтобы они ходили только в юбках?" По его мнению, было бы даже немыслимо заставить надеть женщину юбку – "это значит, что она должна выглядеть как мусульманка".
Епископ Илларион вспомнил случай из своей пастырской практики, когда к нему в храм вошла девушка, "совершенно растерянная", и сказала: "Вы знаете, я очень извиняюсь, что пришла вот так, в брюках". Чтобы вернуть прихожанке спокойное молитвенное настроение, епископ Илларион, в то время бывший священником, ответил ей на это: "Я вас немножко утешу. Я тоже пришел в брюках".
Разумеется, приведенные рассуждения отнюдь не означают отказ от сохранения определенной традиции. Речь идет всего лишь о целесо-образности строгих требований в странах с иным культурным наследием. Автору этих строк представляется интересным обратиться к истории запрета женских брюк.
Собственно, и это удивительно, как такового его нет: Каноны (правила) вселенских соборов запрещают женщине носить мужскую одежду, а мужчинам, соответственно, женскую. Постановления святых отцов были направлены против тех, кто предавался отвратительным порокам, скрывая под покровами свой пол.
Если обратить внимание на то, какую одежду носили люди в ту эпоху на Средиземноморском побережье, мы увидим, что таковая не имела к брюкам (штанам) никакого отношения. Самым распространенным облачением в III-V веках н.э. являлась туника. По виду она напоминала платье. У мужчин туника была до колен, а женщины носили ее до пят. Жаркий южный климат не предполагал ношение штанов, греки и римляне ими не пользовались. Эта разновидность одежды встречалась лишь у варварских племен: скифов, германцев, славян. Однако в те годы большинство варваров еще не принадлежало к церкви, следовательно, постановления на них и не распространялись.
Если бы в наши дни мы увидели мужчину в тунике, то сочли бы в современных условиях этот стиль физически и морально не подходящим. Использование различных вариантов одежды диктуется не только традициями, но и средой, в которой находится человек. Народы, ведущие кочевой образ жизни, вне зависимости от пола носили штаны (шаровары). Этому же способствовали суровые климатические условия. Справедливости ради надо признать, что мужчины носили укороченные рубахи, а женщины использовали удлиненные варианты ниже колен.
Тем не менее, такая одежда не означала стремления закутать "соблазны" слабого пола от всевидящего мужского ока. Дело в том, что у одежды была ритуальная функция: человеческое тело скрывалось от действия злых духов, которые могли навести порчу. Женщина, потенциальная мать, старалась сберечь свою репродуктивную функцию от "сглаза". К этому древнему магическому верованию восходит традиция женских половин дома – гинекеев, сокрытых от посторонних. Сюда можно отнести и паранджу среднеазиатских народов.
В средневековье ношение мужского костюма могло послужить основанием для обвинения в ереси. Жанна д´Арк объясняла инквизиторам, что такой вид – единственный способ сохранить целомудрие в армейском лагере. Орлеанская девственница впервые связала определенный тип одежды с попыткой сохранить нравственную чистоту. Такая аргументация очень подходит нашему времени. В отличие от древности, когда уделом женщины были "кухня, дети, церковь", современница ездит на работу, мерзнет на автобусных остановках, находится в агрессивной мужской среде. Инстинкт самосохранения подсказывает ей одеться в "броню" брюк, как это и сделала католическая святая Жанна.
Разумеется, штаны у женщин отличаются от мужских аналогов, так же как и шапки, куртки, свитера. Если и применять древнюю практику запрета на облачение женщин в мужскую одежду, то тогда надо говорить о ношении ими мужских брюк. Сомневаюсь, что такое прочтение церковных правил будет актуальным. Слишком мало найдется любительниц примерить вещи сильного пола.
Иногда поводом для "праведного гнева" в церковной среде становятся джинсы, которые объявляются "нескромной" одеждой. Не трудно догадаться, что каноны не содержат прямых запретов на них. Все дело не в церковной традиции, а в советском прошлом. В 60-70 годы власти боролись с джинсами как с "буржуазным пережитком". У партийных боссов, отвечавших за "моральный облик" народа, они ассоциировались с внешним видом хиппи и других маргинальных элементов капиталистических стран. До середины 80-х в СССР джинсы считались роскошью, стоили два месячных оклада и не производились отечественной легкой промышленностью.
Возможно, отдельные ревнители не знают, что в середине XIX века моду на джинсы ввел американский еврей Леви Строс. Он закупал рулонами односторонне окрашенную, дешевую, прочную ткань из Генуи (отсюда и американское название jeans) и шил для ковбоев и первопроходцев Дикого Запада штаны с обилием карманов и клепок. Так появилась популярная "еврейская" марка "Levi´s". Со временем "пролетарскую" одежду стали носить отпрыски знатных фамилий. Но это будет в эпоху рок-н-ролла.
В наше время джинсы, за исключением отдельных брендов, опять стали обычной одеждой пролетариев. Однако, как говорится, "осадок остался".
Во время своей интронизации патриарх Кирилл заявил, что первостепенной задачей церкви будет катехизация молодежи. "Миссия выполнима" при условии, если духовные лица начнут заниматься реальными проблемами молодых, а не борьбой с "ветряными мельницами".

Михаил Воронов, религиовед

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике