Подлость на заказ

"Подлый человек - готовый достигать целей своих низким искательством, в ком нет чувства чести и самоуважения". (Толковый словарь Даля). Слова "подлость" и "подлог" созвучны не случайно. От вранья...

"Подлый человек – готовый достигать целей своих низким искательством, в ком нет чувства чести и самоуважения".
(Толковый словарь Даля).

Слова "подлость" и "подлог" созвучны не случайно.
От вранья и подлога до подлости – полшага. Недавно в печатном рупоре областной администрации, газете "Владимирские ведомости", была опубликована статья, претендующая на бомбу: "Заполицы – село контрастов". Полторы газетные полосы большого формата заполнены залихватским куражом оторвавшегося по полной журналиста. На огромных печатных площадях финансируемой из бюджета государственной газеты не нашлось места только для одного – правды.

Нет, конечно, в Суздальском районе есть такое село, стоит оно на берегу Нерли, и там действительно живут Г. Аникеев и Ю. Федоров. Однако во всем, на чем основан обличительный пафос статьи "пресс-киллера", нет ни слова правды. Все приведенные в статье сведения, критическими стрелами нацеленные в адрес "заказанных" лиц, на поверку оказываются не соответствующими действительности.
Пострадавшие в результате газетной диффамации сейчас готовят исковые заявления в суд. Однако практика показывает, что от подачи заявления до публикации опровержения может пройти много месяцев, если не лет. А вранье – вот оно, бьет с газетных полос хлесткими фразами, передается из уст в уста. К тому времени, когда "Владимирские ведомости" по решению суда напечатают опровержение, все уже забудут про газетную бомбу, оказавшуюся на самом деле уткой, а негативный информационный шлейф останется.
Поэтому вранье одной газеты приходится разоблачать журналистам другой.
В трезвую голову такое
не придет

И вот мы в Заполицах, с газетой как путеводителем в руках.
На въезде в село – развилка трех дорог: правая – в восточную часть села, левая – в объезд западной и средняя – вдоль оврага, где, по версии "ВВ", происходили бурные события с подвергшимся насилию со стороны жаждущих расправы женщин шофером. Проедем сначала по восточной части села, исследуем руины здания бывшей ГЭС, проверим, действительно ли четыре "КамАЗа" сваливали здесь горы земли, вырытой из котлована на стройке, и сливали остатки бетона. Первое, на что обращаешь внимание, – достаток большинства жителей этой части села. Автор статьи "Заполицы – село контрастов" настойчиво навязывает читателям противопоставление богатой западной части (с легкой руки журналиста названной "Рублевкой", а на самом деле это улица Казанская) и бедной восточной. Однако ж мы увидели здесь такие роскошные огромные особняки, какие, пожалуй, дадут фору и "рублевским" (см. фото).
А вот и развалины ГЭС. Метров за 100 до них заканчивается асфальт, поэтому следы "КамАЗов", якобы совершавших сюда многочисленные рейсы с горами земли, невозможно было бы не заметить. Однако самый тщательный осмотр местности не позволил найти следов "КамАЗ"-ралли. Равно как и гор земли, и застывшего бетона. Налицо несоответствие увиденного прочитанному в "ВВ". Причем проверить-то факты несложно – весь осмотр занимает минут десять, было бы желание соблюсти объективность и написать в газете правду. Но редакционное задание было, видимо, иным.
Возвращаемся к развилке, по левой дороге огибаем западную часть села и: совершенно свободно въезжаем в нее. Ни тебе заборов с колючей проволокой, ни ворот, ни шлагбаумов, ни КПП, ни домиков охраны – будь размером с биотуалет, будь двухэтажных с бойницами. Возникает вопрос: если, как пишут "ВВ", с другой стороны "Рублевки" есть КПП, шлагбаум, то какой в них смысл? Кто захочет – свободно объедет село и окажется возле любого из расположенных здесь домов.
Не поленимся и для чистоты эксперимента все-таки попытаемся проникнуть на "Рублевку" через "парадный" въезд, через красочно обрисованный корреспондентом "ВВ" контрольно-пропускной пункт возле церкви. Но по пути исследуем эпицентр расписанных в "ВВ" событий. На месте выясняется, что дорога эта, хотя она и средняя, однако проходит совсем не через центр села. Дело в том, что восточная и западная части Заполиц разделены широким оврагом, фактически это два разных соседних села. Поэтому проходящая вдоль оврага дорога является объездом восточного села по западной окраине. И проходит она метрах в пятидесяти от домов, причем заметно ниже их по рельефу. Между дорогой и домами – большие лужайки. Эти обстоятельства существенны, так как опровергают главную зубодробительную сюжетную линию статьи, непосредственный информационный повод для ее появления: якобы в самом центре села, прямо под окнами домов четыре "КамАЗа", сделав сотни рейсов, свалили вывезенные со стройки "тысячи и тысячи кубометров земли".
А вот как все обстоит на самом деле.
Во-первых, "КамАЗов" было не четыре, а два, и совершили они не сотни рейсов, а раз в десять меньше. Да и количество сваленной земли преувеличено журналистом как минимум десятикратно – это хорошо видно не только на снимке корреспондента "Призыва", но и на фото, опубликованном в самих "ВВ", где запечатлены кучи земли едва ли по пояс человеку. "Ведомостной" фотограф изо всех сил старался выполнить задание, преувеличить размер куч, разместив их на переднем плане кадра, но все равно хорошо видно, что это далеко не тысячи кубов (мы еще не раз столкнемся с тем, что текст и фотографии в "ведомостной" бомбе-утке находятся в непреодолимом противоречии).
Во-вторых, этот овраг – частная территория, на которой владелец может вести работы. Около трех четвертей его являются собственностью Г. Аникеева, земля приобретена на открытом аукционе 22 июня 2007 г. за 835 тысяч рублей, а одна четверть взята им же в аренду на открытом аукционе на три года за 205 тысяч рублей. Деньги поступили в муниципальный бюджет в полном объеме. Итак, Аникеев заплатил за овраг не 400 рублей, как написано в "ВВ", а 1 миллион 40 тысяч. Очень похоже на то, что журналист писал статью в неадекватном состоянии, потому что он полностью потерял ощущение реальности и с легкостью необыкновенной исказил цифры в тысячи раз – разумеется, в выгодную заказчику сторону, с четким соответствием полученным <пресс-киллером> целеуказаниям от самого главного шефа. Если же журналист возьмется утверждать, что он писал такое в трезвом уме и твердой памяти, тогда это клевета, то есть умышленное распространение заведомо ложных, порочащих сведений. Ибо на трезвую голову невозможно не усомниться в правдивости до такой степени нереальной суммы, опубликованной в областном официозе в качестве размера арендной платы.
В-третьих, как мы уже выяснили на месте, земля сваливалась далеко от жилых домов. Сейчас она выровнена и ничем не отличается от любых других пустырей (см. фото). Не видно и никаких следов слитого бетона или строительного мусора.
А уж как разыгралось воображение господина Кораблева – автора газетной утки! <Кара пришла от местных женщин, которые поймали шофера, потаскали его за руки и за ноги по улицам своего родного села, сорвали штаны... Из последних сил незадачливый водитель вырвался от жаждавших расправы женщин, сверкая задом, залез в кабину и скрылся в неизвестном направлении>. Какие яркие детали! Будто кино смотришь. Только все это – выдумка от первого до последнего слова, плод буйной фантазии автора. Этим даром, в отличие от способности к честному и скрупулезному поиску правды, господин Кораблев наделен сполна. Он ведь своим внутренним взором как наяву увидел и сверкающий голый зад шофера, и "жаждущих" женщин. Чтобы такое напридумывать, ей-богу, надо принять на грудь наркомовские 500 грамм. Особенно "достоверная" деталь: шофер на <КамАЗе> не просто скрылся, а в "неизвестном направлении" (готовые газетные штампы у Кораблева всегда под рукой, иначе не поспеешь за полетом фантазии). Только вот направление-то из Заполиц одно, и оно хорошо известно – единственная дорога в Мордыш! Короче, <Остапа несло>.
Между прочим, фантазии эти не так уж безобидны. Фактически журналист губернаторского официоза обвинил добрых заполицких женщин в самосуде, рукоприкладстве, в оскорблении действием. Обвинил как минимум в злостном хулиганстве – но тут же и оправдал, и поощрил за такие противоправные, будь они на самом деле произведены, действия. По сути, это не что иное, как разжигание ненависти и социальной розни, подстрекательство к самосуду.

Летят газетные утки…
Но покинем место разыгравшейся (к счастью, только в воображении журналиста "ВВ") драмы со стриптизом.
Переезжаем по мосточку овраг, поднимаемся в горку – и вот мы возле церкви. Где же шлагбаум? А нет его. Не обнаруживаются и какие-либо материальные свидетельства того, что шлагбаум когда-то был – например, опоры. Мы въехали на улицу. Никто не задержал нас, не спросил никаких документов, пропусков. Но, может быть, шлагбаум сняли на время стройки, как написали "ВВ"? Обращаемся к хозяину дома № 46 Григорию Аркадьевичу Позину. Его дом стоит как раз напротив церкви и кладбища, таким образом, шлагбаум, если когда и был, располагался прямо возле его владений. По виду дома (а это обычная одноэтажная кирпичная двухквартирная коробка еще советских времен) убеждаемся, что Позин – явно не из числа тех, кого "ВВ" причислили к <олигархам>, поэтому нет никаких оснований ставить под сомнение свидетельства этого человека.
– Григорий Аркадьевич, разъясните, пожалуйста. Мы видим, что сейчас въезд в эту часть села – совершенно свободный. Так было всегда? Был ли здесь шлагбаум? Действовал ли контрольно-пропускной пункт? Какие пропуска требовались для его пересечения?
– Нет, не было никогда никакого шлагбаума и не было пропускного пункта. Въезд на улицу всегда был свободным.
– А тогда что здесь делает охрана? Если вот эта будочка охраны – не КПП, то что? Кстати, сколько здесь дежурит охранников? (В статье "ВВ" речь шла о "многочисленной охране". – Ред.)
– Охранников двое. Они следят за порядком, чему мы, постоянные жители, только рады. Раньше воровство было. Я сам за ноги через забор вытаскивал хулиганов. Ведра дырявые – и то воровали. Сейчас – ни воровства, ни хулиганства. А в будке охранники отдыхают, греются.
Итак, и КПП, и шлагбаум являются не более чем плодами больного воображения журналиста, нацеленного на заранее определенный результат. А ведь на этих фантазиях базируются гневные филиппики, изрекаемые "правдорубом" в адрес "олигархов": "На каких основаниях перегораживается дорога общего пользования?" А на каких основаниях официальная областная газета врет и на собственном вранье разжигает социальную рознь?
Проходим к строящемуся домику. О нем в "ведомостной" статье содержатся противоречивые сведения. На фото в "ВВ" – одноэтажный домик площадью метров 30 с пустыми оконными проемами и круглым слуховым (вентиляционным) окном чердака. А в тексте – "возводится двухэтажное кирпичное здание со средний жилой дом, украшенный резными окошками и маленькими бойницами". Фантазия журналиста просто бьет ключом. Читатели "Призыва" могут сами оценить масштабы строящегося объекта на публикуемом фото. Кстати, это будет хозяйственная постройка, к возведению которой ни Аникеев, ни Федоров не имеют никакого отношения.

…и цветут развесистые клюквы
Беспрепятственно идем по улице Казанской – дороге действительно общего пользования. Эта муниципальная собственность благоустроена полностью на личные средства Аникеева. Выложены брусчаткой аккуратные тротуары, устроена ливневая канализация. Само по себе такое благоустройство улицы уже повысило стоимость расположенных вдоль нее принадлежащих самым разным людям домов. И абсолютное большинство из них этим весьма довольны. Они прекрасно понимают, что с того дня, как на их улице поселился Аникеев, рыночная стоимость их недвижимости значительно возросла.
Отдельный разговор – о заборе. Аникеев построил добротный забор сначала по одной стороне улицы – не только вдоль своего участка, но и соседям – просто чтобы улица смотрелась красиво. Начал сооружение забора и с другой стороны улицы, с согласия владельцев домов (они только рады – такой хороший забор тоже повышает стоимость их участков). И вот очередное вранье "ВВ". Журналист подает строительство забора под таким соусом, будто "олигархи" отгораживаются от мешающих им покосившихся домишек, мол, "глаза бы на них не глядели". Факты же просто подгоняются под концепцию, а так как они ей противоречат, "пресс-киллер" поступает с фактами весьма вольно. Напротив домов Федорова и Аникеева, пишут "ВВ", стоят "покосившиеся домишки". И далее по тексту дословно: "Для "олигархов" они – помеха. А чем еще объяснить, что эти дома нынче отгораживаются от улицы высоким забором…"
На самом же деле напротив расположенных по соседству домов Федорова и Аникеева стоят три стареньких небогатых дома – № 48, 50, 52 (правда, только один из них покосившийся). Так вот, вдоль этих домов не строится никакого забора! Это хорошо видно на фотоснимке. Забор строится дальше по улице, совсем не напротив Ю.М. и Г.В. – и там, кстати, дома очень даже не покосившиеся, а один добротнее другого. Забор-то, выходит, сооружается вовсе не для того, чтобы от кого-то отгородиться, а в целях общего благоустройства и в интересах самих же жителей. Факты возвращаются на свои места – и сразу рушится вся старательно выстраиваемая <пресс-киллером> схема якобы имеющего места ожесточенного противостояния представителей разных социальных слоев.
Не станем скрывать: мы увидели-таки проявления недовольства жителей двух из этих трех домов. Недовольства чем? Стройкой по соседству. По-человечески людей можно было бы понять (стройка всегда доставляет некоторые неудобства), если бы не одно, даже два <но>…
Во-первых, эти неудобства временны и предельно минимизированы – в этом легко убедиться на месте, если смотреть непредвзято. Улица после движения "КамАЗов" помыта, сама стройка идет за забором в рост человека. Во-вторых, разумные люди не могут не понимать, что чем богаче становится их село, тем дороже и их если не дома, то земельные участки. И черная зависть здесь – не лучший советчик. Куда разумнее использовать ситуацию в своих интересах. Как это сделала, например, семья Жуковых. Они тоже еще пару лет назад жили в покосившемся домишке с удобствами на улице. Тоже соседи Аникеева – только бывшие. Их долго пришлось уговаривать на переезд – тоже не хотели покидать насиженного места, тоже боялись, что обманут.
А сейчас Жуковы живут в тех же Заполицах, только на другой улице, в двухэтажном коттедже с мансардой, с гаражом, с газовой котельной, со всеми удобствами, двумя санузлами и баней. Алла Владимировна Жукова говорит об Аникееве: "Дай бог Григорию Викторовичу здоровья. Низкий ему поклон и спасибо за ту доброту, которую он дарит людям".
Надо не злобствовать в зависти, а понимать свою выгоду, благодарить судьбу за удачное соседство. В конце концов свет на Заполицах клином не сошелся. И планы Аникеева по дальнейшему благоустройству села могут быть реализованы в каком-то другом населенном пункте, где жители будут лучше понимать выгоду от хорошего соседства.

"ВВ": все, кроме правды
Подходим к дому Федорова. Звонок в калитку. Нас встречает хозяин (день выходной, он дома). Говорим с Ю.М. на лужайке перед домом, смотрим документы, то есть делаем то, что обязан был сделать по долгу службы и кодексу чести журналист "ВВ", если бы хотел сохранить свое честное имя. По версии "ВВ", Федоров во время работы в должности заместителя губернатора – госсекретаря начал здесь стройку "дома-громады". Разумеется, в соответствии с законами жанра заказной статьи все это подается в крайне негативном контексте и сопровождается прозрачными намеками: "Считаем, что компетентные органы могли бы поинтересоваться на предмет происхождения средств…". Журналист, исполняй он честно свой профессиональный долг, очень легко мог бы удовлетворить свое любопытство у самого Ю.М., и тогда областному официозу не пришлось бы врать.
На самом деле Федоров вообще не строил никакого дома, занимая должность в обладминистрации. В 1989 году он начал строить в Заполицах более чем скромный одноэтажный деревянный дом с наружными габаритами 7 на 9 метров и закончил стройку задолго до прихода на работу в "Белый дом". С 1990 до 1994 года, когда шло строительство, Ю.М. работал заместителем начальника объединения "Владгражданстрой" и не являлся ни муниципальным, ни государственным служащим. Позднее по соседству, с обеих сторон от домовладения Федорова, приобрел недвижимость Аникеев и построил с одной стороны дом себе, а с другой – своему брату. Два года назад Аникеев, желая расширить свой земельный участок, предложил соседям обмен: дом, предназначавшийся брату, на тот самый, 7 на 9. Федоров не без колебаний (все-таки переезд и необходимость доплаты) согласился. Была проведена оценка обоих домов независимым оценщиком, разница составила около 3 миллионов рублей в пользу Аникеева. Чтобы выплатить эту сумму, Ю.М. взял банковский кредит. Так они перебрались в дом, где и живут сейчас. Этот дом просторнее прежнего, но и его, деревянный одноэтажный с мансардой, по нынешним меркам громадой никак не назовешь.
"В считанные месяцы, – гнут свою линию "ВВ", – от дома Федорова к близлежащему селу Мордыш была построена асфальтированная дорога, к селу подвели ветку газопровода".
Продолжительность строительства дороги, вероятно, действительно составила не больше нескольких месяцев – здесь всего-то менее двух километров. Но вот с какого момента идет отсчет этих "считанных месяцев"? В контексте "ведомостной" статьи читается недвусмысленно: в считанные месяцы после того, как в Заполицах построил дом Федоров. В этом весь пафос статьи, ее цель – дискредитация именно этого человека из нескольких десятков, живущих на Казанской (остальные даже не упоминаются, хотя и они строятся, и к ним ездят кавалькады машин). Почему мишенью "пресс-киллера" стал именно он, проанализируем по завершении исследования местности.
А пока – правда об истории дороги: она была построена в асфальте только в конце 90-х годов (стараниями, как говорят, прежде всего бывшего облвоенкома генерала Сеньшова), то есть через десять лет с тех пор, как Федоров поселился в Заполицах. А до этого ширина дороги в поле доходила до 100 метров – по пашне, по жнивью – для объезда луж и непроходимых участков. Газ был проведен еще позднее, до этого в доме было печное отопление. Вот вам и "считанные месяцы"! Не надо быть большим аналитиком, чтобы увидеть: факты не просто искажаются, а подгоняются под конкретную задачу.
Наконец, о стройке, том самом фантасмагорическом "бункере Федорова", родившемся в больном воображении журналиста. В действительности Ю.М. к этой стройке не имеет ни малейшего отношения. Строительство ведется не на его участке, а на земле Аникеева. И строит там не сам Григорий Викторович, а его брат Анатолий. Будет там жилой дом.
Что там еще осталось из бичующих "фактов" скандальной статьи?
В ней столько вранья, что даже сложно все вспомнить. Ну, вот хотя бы то, что в Заполицы по вызову жителей приезжала с милицией председатель комитета по земельным и имущественным отношениям Суздальского района Т. Запруднова. И будто бы узнав, кто ведет стройку, спешно покинула село – как видите, акценты и здесь расставлены соответственно поставленной задаче. Так вот, выясняется, что госпожа Запруднова вообще не выезжала в Заполицы по данному поводу – ни с милицией, ни без. И соответственно никуда и ни от кого не ретировалась. Теперь она требует от редакции "ВВ" публикации опровержения. Вот вам еще одна пострадавшая от недобросовестного журналиста.
На чем нельзя не остановиться отдельно, так это на мифической ферме на 20 голов скота, на якобы закрытом, запрещенном проходе вдоль реки Нерли, наличии в водоохранной зоне бань, пристаней и прочих капитальных строений и на сельском кладбище возле церкви, где все места будто бы заняты "олигархами".
"Товарная ферма на 20 стойловых мест" – это на самом деле хоздвор. Он пока еще не заселен живностью, но осмотр помещений показал, что здесь будут размещены куры (один-два десятка), пара свиней, одна корова и две лошади. Все, больше для живности помещений не предусмотрено. Остальное – котельная, мастерская и помещения для хранения кормов. Надо быть ненормальным, чтобы прямо во дворе дома, где будут жить люди, разместить товарную ферму и небольшой мясной заводик с соответствующими запахами – корреспондент "ВВ" собрал до кучи весь, какой только сумел, бред сивой кобылы.
Пойдем искать проход к реке. Тут надо обратиться к сложившейся житейской практике, неписаным правилам и сложившимся веками стандартам. Ни в одном селе, расположенном вдоль реки, нет проходов к воде между каждым домом. Обычно бывает один-два прогона. Так сложилось испокон веков.
Нам с фотографом удалось найти прогон достаточно быстро – он расположен всего через один участок от дома Федорова. Спускаемся к Нерли по устроенным на крутом склоне ступенькам. Движемся победным маршем вдоль реки в сторону участков Федорова и Аникеева, не встречая никакого сопротивления. Здесь нет ни заборов, ни колючей проволоки, ни охраны. Встретили нескольких рыбаков (см. фото) прямо под домовладением Ю.М. (сами дома и участки расположены выше по склону).
Идти вдоль реки по густым зарослям крапивы и едва угадываемой, но все же тропе не особенно удобно – набережной из брусчатки тут никто не устраивал, но и каких-либо специальных засад тоже нет. Буйная фантазия журналиста "ВВ", наверное, и здесь подскажет ему какое-нибудь бредовое обвинение, например, в том, что Ю.М. с Г.В. специально высадили вдоль реки особо жгучую сортовую крапиву – это было бы точно в стиле Кораблева.
Пообжегшись крапивой, мы все же без каких-либо рукотворных препятствий прошли вдоль реки мимо владений Федорова и Аникеева и не обнаружили ни бань (у Федорова ее вообще нет, а у Аникеева она находится наверху, возле дома), ни стационарных пристаней (не считать же таковыми миниатюрные понтончики), ни каких-либо иных капитальных сооружений – за единственным исключением.
Это та самая бетонная коробка без окон с сооружаемой деревянной надстройкой, что запечатлена на фотографии в "ВВ". Однако это не баня и вообще не постройка в чьих-либо частных интересах. Это общественно значимый объект – пожарный водозабор; наверх от него идет разводка, есть все необходимые устройства для подключения хоть пожарных машин, хоть рукавов. Так что если где-либо на улице, не дай бог, случится пожар, спасение придет из этого водозабора. А деревянная надстройка делается просто для утепления и обслуживания водозабора, да и берег реки должен быть живописным. Важная деталь: пожарный водозабор построен по настоятельным просьбам администрации Порецкого муниципального образования и управления пожарной охраны Суздальского района.
Водозабор не является препятствием для движения вдоль Нерли, его легко обойти сверху. Также без проблем можно пройти под смотровой площадкой, мимо его опор, если не считать проблемой все тот же бурьян и крапиву. На самом деле здесь действительно мало кто ходит. Просто на этом участке берега нечего делать. Купаться здесь невозможно: илистое дно и густые заросли осоки. Рыбный лов здесь хорош зимний, подледный. Летом рыбаки приходят редко, но все-таки ходят, о чем свидетельствует угадываемая тропа. А зимой весь берег <оккупируют> рыбаки.
Таким образом, можно считать доказанным, что и здесь, "на речке, на речке, на том бережечке" "ВВ" беззастенчиво лгут. А уж пафос-то, пафос! "Не требуется вмешательства прокуроров, чтобы констатировать, что запрещать проход вдоль реки незаконно. Обычное самоуправство, или, на языке жителей Заполиц, "беспредел". Вот масштабы вранья губернаторского официоза – это действительно беспредел.

Креста на них нет
Возвращаемся назад, к лесенке, поднимаемся по ней к церкви, выходим прямо на кладбище. Пытаемся найти запечатленный в "ВВ" огромный, с металлической оградой, участок захоронений – почти весь пустой, и лишь с краешка – две могилки с памятниками. Под фото – хлесткая подпись: "На сельском кладбище "олигарх" уже забронировал себе место. Простых смертных хоронить негде". Памятники сфотографированы так, что фамилий не видно. Кто же этот "олигарх"? В "ведомостной" статье из жителей Заполиц называются только две фамилии – заказанные "пресс-киллеру" Федоров и Аникеев. Более того, в одном из пассажей они прямым текстом называются "олигархами" (хотя Ю.М. уж точно ни по каким критериям не соответствует этому званию).
Поэтому невозможно прочитать подпись под фотоснимком иначе, как указание на семейное захоронение кого-то из этих двух фамилий. Но вот мы находим две скромные могилки с обычными деревянными крестами. Таблички на крестах не оставляют сомнений: здесь похоронены родители Аникеева. Но только нет никакой ограды, нет и "забронированных" рядом мест. У Федорова, по его собственному свидетельству, подкрепленному тщательным осмотром кладбища, здесь вообще не похоронен никто из родственников.
И лишь пройдя кладбище по второму кругу, мы нашли то единственное, что могло быть запечатлено в "ВВ". Оказывается, это место – ближайшее от спуска к реке, и, поднявшись по ступенькам, мы сначала прошли мимо, настолько это самое обычное захоронение не походит на сфотографированное "пресс-киллерами". Вот он, профессионализм заказных дел мастеров: кадр сделан под таким ракурсом, что реальность изменяется до неузнаваемости.
Однако ж все остальные могилы еще менее походят на "олигархические". Поэтому остановимся возле этой. Оказывается, она не имеет ни малейшего отношения ни к Федорову, ни к Аникееву. Здесь похоронены Лидия Кирилловна Блищ и Слава Васильевна Хляпатура. Пока мы разглядываем надгробья, к нам подходит 75-летний дедушка. Знакомимся. Это старожил Заполиц Анатолий Васильевич Зотов, житель дома № 50, того самого, что напротив дома Ю.М. Это он не соглашается ни на какие уговоры по продаже дома и желает закончить свой век в родном покосившемся домишке.
– А Блищ молодец, – говорит Анатолий Васильевич. – Благоустроил кладбище, огородил. Здесь же яма была. Берег реки разрушался. Все кладбище начинало ползти к реке. Спасибо Блищу. Спас все кладбище.
Вот правда, произнесенная устами старожила. Выходит, "пресс-киллеры" походя оскорбили еще одного уважаемого человека, спасшего кладбище от разрушения, даже не называя его фамилии.
А теперь приносим извинения всем за то, что придется воспроизвести бесчеловечные, святотатственные слова, напечатанные в губернаторском официозе, – воспроизвести для того, чтобы показать всю глубину подлости этих людей, готовых продать дьяволу душу.
"- Уж поскорей бы на этих лужайках могилки появились, – в сердцах говорят старушки.
Понять их можно – накипело:" – резонерствует журналист "ВВ".
Как просто спрятать собственную бесчеловечную сущность за неких безымянных старушек, которые, видимо, хором произносили эту страшную фразу. Ни за что не поверим, что кто-либо из богобоязненных старушек мог изречь такие слова. Про таких вот писак старушки говорят: "Креста на вас нет".

Им нужно, чтобы завтра превратилось в еще одно вчера
Конституция России, законы "О средствах массовой информации" и "О противодействии экстремизму" запрещают разжигание межнациональной, религиозной и социальной розни. Если с первыми двумя запретами все понятно, эти проблемы сейчас остроактуальны, и журналисты с редакторами строго фильтруют лексику, опасаясь быть обвиненными в экстремизме, то о социальной мало кто задумывается. Между тем для России с ее историей разжигание именно социальной розни представляет наибольшую опасность. Именно разжигание "мирового пожара" межклассового противостояния большевиками привело нашу страну к трагедии революции и гражданской войны, к преступлениям раскулачивания и сталинских репрессий.
Но как же быть с действительно существующими проблемами противоречий богатства и бедности? Надо ли их замалчивать для сохранения общественного мира? Нет, конечно! Следует четко понять, где проходит граница между исследованием проблемы и разжиганием розни. Когда обсуждение проходит на основе достоверных фактов, без лишних эмоций, в конструктивном русле, то оно ведет к общественной пользе, к уменьшению пропасти между богатством и бедностью не ценой раскулачивания богатых и выравнивания всех в бедности, а путем ликвидации бедности и расширения среднего класса. Когда же в основе митинговой по сути словесной эквилибристики лежит откровенное вранье (а в статье губернаторской газеты все оказалось ложью), когда педалируются самые низменные человеческие инстинкты черной зависти и разрушительства, то это разжигание социальной розни. Когда при этом пропагандируются противоправные действия вроде выдуманного журналистом, но подаваемого с поощрительной интонацией самосуда по отношению к шоферу "КамАЗа", когда тиражом в несколько тысяч распространяются пожелания о том, чтобы поскорее появились свежие могилки, – это уже подстрекательство и признаки экстремизма.
Сейчас наследники большевиков – современные лидеры компартии (сами, кстати, очень даже небедные люди, подчас, без преувеличения, крупные землевладельцы) продолжают использовать методы социальной демагогии своих предшественников для достижения той же самой цели – разжигания социальной розни, чтобы на ее волне победить на выборах. И появление в официальной губернаторской газете "бомбы-утки" – это первое свидетельство начала избирательной кампании во Владимирской области. Ведь известно, что Аникеев и Федоров активно работают в региональном отделении партии "Единая Россия", являются членами политсовета. Г.В. избран депутатом Госдумы от "ЕР", Ю.М. полтора года назад баллотировался в Законодательное Собрание области, сейчас он заместитель секретаря политсовета ВРО ПП "Единая Россия. И их деятельное участие в той или иной роли в предстоящих в марте следующего года выборах легко предсказывается и рассматривается коммунистами как очень серьезный фактор, повышающий шансы "единороссов" и соответственно снижающий их собственные. Вот и вся подноготная заказной статьи. Полностью контролирующие "Владимирские ведомости" коммунисты показали, какими методами они собираются вести избирательную кампанию.

Егор ТРУБНИКОВ
Фото: О.Б.Индеец

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике