история нашего края

Неспетая песня Гагарина

Безответная любовь первого космонавта родилась под Суздалем

Друг юности Юрия Гагарина, доктор исторических наук Виктор Порохня сказал так: "Они чуть было не поженились, да футболист Гаврилин увез ее в Ленинград".

Это он о Римме Сергеевне Гаврилиной, в девичестве Миронычевой, что родилась под Суздалем в селе Кибол. Отец умер в 1941 году, и у мамы осталось восемь детей на руках.

– А я очень хотела учиться, но не было возможности, – рассказывает Римма Сергеевна. – Забиралась на чердак, к трубе, привяжу к себе книжки и лезу. Мама не одобряла, когда семилетку на "отлично" окончила и грамоту принесла. Она как отрезала: "Пошла ты к черту, мне кормить вас нечем".

Но отправила меня во Владимирское ремесленное училище. Два года я была токарем-универсалом на тракторном владимирском заводе. В 15 лет.

Потом, продав последнее пальтишко из "шевьета" да захватив для храбрости подружку из села, штурмом взяла Горьковский индустриальный техникум, который в 52-м расформировали, а нас перебросили в Саратов. Там как раз Гагарин учился.

В паркетном зале начались вечера дружбы. Фокстроты, танго, вальсы. И вот в тот период постучал в их комнату в общежитии (а там 12 девушек, Риммина кровать как раз напротив двери) незнакомый парень: "Мне вот ее". И показал на меня.

– Это Юра так разговор начал, – вспоминает Римма Сергеевна. – Выхожу. А я до этого вообще ни с кем не встречалась. Он предлагает: "Может, погуляем, на Волгу сходим?".

А сам такой маленький, неказистый. А мы же горьковчане, мы говорили на "о". "Не пОйду, – отвечаю, – не хОчу".

Через некоторое время появляется вновь, приглашает в оперный театр. Подумала я, подумала:"Не хочу. Голова болит". Он опять тихо ушел.

Так 3 года и ходили друг возле друга. Занятия, столовая, практика, кружки, баскетбольная площадка. Ой как мы болели! Как орали! Юра был капитаном баскетбольной команды. Как сейчас его вижу: юркий, весь собранный, ответственный. И при этом всегда улыбчивый, находчивый, вечно что-нибудь отчебучит. Однажды в жару взяли ребята и бултыхнули меня, как была в халате, в фонтан.

Постарше стали – затевали вечера с научным уклоном. То литейное отделение устроит, то технологическое, то механическое. "Коронкой" литейщиков были доклады по физике. У них ее вел старенький, щупленький, в замызганном кителе Николай Иванович Москвин. Это был замечательный, удивительный педагог! Гагарин потом как писал: "Мы называли его кудесником, а опыты его – волшебством". Гагарин был старостой этого кружка по физике, там они и Циолковским занимались.

– Юрка не зря говорил, что с этого момента началась его космическая биография.

Ну а в делах сердечных ему в то время не очень-то везло. Поняв, что Римма абсолютно недоступна, Гагарин стал ухаживать за украинкой Эммочкой Дьяченко – хорошенькой детдомовкой, в войну потерянной родными. Она училась на курс ниже в том же СИТе.

И девушка была из дерзкого десятка. За какую-то неосторожную шуточку Юрий схлопотал от нее однажды увесистую оплеуху. Римма, видевшая это, подскочила: "Что ты, Эмка?!" "Он знает – что!" А Юра при этом улыбается. Потом родители отыскались и увезли Эмму к себе в Люберцы.

А за самой Риммой уже вовсю ухаживал Коля Гаврилин – учился парень на литейном, был отличным футболистом, даже в высшей лиге играл. Ребята им гордились. А девушки сохли. Он мог поехать на сборы в Сочи и привезти оттуда Римме лакированные туфли. Она ходила, словно королева. Он ее и в рестораны водил. Ну а с "индустриком" Гагариным куда пойдешь? В аэроклуб?

– Нет, я ходила на матчи. Когда потом услышала фамилию первого космонавта – Гагарин, думаю, боже, это не Юрка ли? А тут как стали биографию-то говорить: "Саратовский индустриальный"… – я реву от счастья, и гордость такая – наш! – вспоминает Римма Сергеевна. – И вот пригласили Гагарина на 25-летие техникума в 1965 году. Приходим, каждого проверили – там ведь весь обком партии сидел. Он нас увидел, отбегает от них, берет мои руки и говорит: "А ты даже лучше стала, чем была". А муж мой рядом бурчит: "Ничего себе, первый космонавт, какие комплименты пуляет".

Сели мы по разные концы стола. Юра мне кричит: "Ты все еще о космосе мечтаешь?" А почему он так сказал? Однажды меня приглашали в радиостудию, где я, обращаясь к Гагарину (корреспондент уезжала на встречу с ним), рассказала сон: будто он готовил меня в космос. Гагарин уговаривал, а я отнекивалась: "Юр, ты же прекрасно знаешь, сын у меня, муж. Вдруг разобьюсь, у меня же семья". В итоге согласилась: "Где ракета?" А он в ответ: "Да вон же – в огороде". Тот сон и имел в виду Гагарин, когда меня про космос спрашивал.

А тут однокурсник Саша Шикин орет: "Ты, Юрка, бракодел! У меня два сына, у тебя – девчонки…" "А мы на этом не остановились", – парирует Юрий Алексеевич. Так весь вечер и веселились. Со мной он чокался и приговаривал: "Ух я тебя сейчас…" Жена-то в это время сидела поодаль, с начальством. Мне, кстати, его Валя на фотографиях тогда больше понравилась.

А ведь за два года перед этим у Риммы Сергеевны была с Гагариным встреча в Суздале, куда она приезжала маму хоронить. На центральной улице народ стоял стеной. А он посетил Суздаль по приглашению трудовой женской колонии.

– Приближается черная "Волга", – рассказывает Римма Сергеевна. – Я его увидела и, как на футболе, кричу: "Юрка!" Бросаюсь, скинув туфли, за машиной. Сестра отчитала: "Все решили, чокнулась женщина…"

Так я его на вечере спросила: "Ты в Суздале меня узнал?" Он отвечает: "Знаешь, сначала не очень – ты же в техникуме такой светловолосой не была. А потом слышу – голос-то родной. Узнал я тебя. Узнал".

Татьяна СТОЛЯРОВА.

"Родная газета".

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике