“Снайпер” признан шизофреником

В прошлом году “Призыв” задал военному прокурору области Юрию Нецветаеву несколько вопросов. Речь в частности шла о трагедии в Ковровском окружном учебном центре, где в августе 2003 года...

Мы задали Юрию Нецветаеву много вопросов в номере от 9 октября прошлого года. Оказалось, что военная прокуратура области не имеет возможности выписывать местные издания, в том числе и “Призыв”:
– По штату военной прокуратуры гарнизона не предусмотрена должность пресс-секретаря. Лимиты подписки на периодику ограничены. Мы можем подписаться только на специальные юридические издания.
О том, что был запрос от “Призыва”, я узнал только от вас. Надо было редакции поинтересоваться, подписываю ли я вашу газету. Требования закона мы знаем. Только этим объясняю то, что до настоящего времени ответ не был дан.
– Так что же случилось на учебных стрельбах в Ковровской учебке? Как солдат смог убить двоих офицеров и ранить одного?
– Патронов во время учебных стрельб в магазине автомата у Алехина не 3, а 12. Но и тремя патронами можно убить двоих и ранить одного, даже не будучи мастером спорта по стрельбе. Рядом с Алехиным были инструктор, командир роты, другие офицеры. Поэтому он и поразил их насмерть.
Все предусмотренные меры предосторожности командованием были выполнены. Причины происшествия выяснены. Судебно-психиатрическая экспертиза, которую провели в Москве, признала Алехина лицом, страдающим шизофренией. Дело передано в суд. К Алехину будут применены принудительные меры медицинского характера. Нарушений в ходе стрельб со стороны командования следствие не выявило.
– Будут наказаны те, кто отправил в армию шизофреника?
– Мы внесли командованию представление, в котором обратили внимание на то, что Алехин как лицо, страдающее психическим недугом, не был своевременно выявлен. Поставлен вопрос о привлечении должностных лиц военкомата, призвавшего Алехина на службу, к дисциплинарной ответственности.
– По данным Главной военной прокуратуры России, в 2003 году военные суды за рукоприкладство осудили почти 200 офицеров. Были ли такие случаи в нашей области?
– Да. К уголовной ответственности привлекаются все, независимо от воинского звания: за удар, пощечину, подзатыльник, даже если не зафиксированы телесные повреждения.
В 2003 году таких случаев было четыре. Это майор Володин (в/ч 73864), капитан Иванов (в/ч 07008), майор Бьядовский (в/ч 12609), подполковник Щербинин (в/ч 42754). В отношении офицеров были возбуждены уголовные дела. Военный суд гарнизона назначил им соответствующие уголовные наказания.
– Как становится известно о таких преступлениях?
– Из заявлений потерпевших. Каждое из них регистрируется, затем проводится проверка. При подтверждении фактов виновные привлекаются к ответственности. Я твердо заявляю, что любое заявление по неуставным взаимоотношениям, о превышении власти – будь это просто солдат, сержант, прапорщик или офицер в любом звании – регистрируется. Если в ходе проверки признаки состава преступления подтверждаются, возбуждается уголовное дело.
– Сколько подобных преступлений было в последние годы?
– Увы, офицерская преступность растет. В 2001 году расследовано одно преступление, в 2002 – два. В прошлом – уже четыре. Это говорит о том, что наша разъяснительная работа среди личного состава военных частей о необходимости заявлять в прокуратуру о каждом случае совершения преступлений приносит плоды. Хотя скрытая преступность тоже существует.
– “Белый билет” или отсрочку от армии для призывника можно купить. Есть ли случаи взяток за “отмазку” от армии?
– Допускаю, что такие случаи есть и у нас. Но за последние годы в военную прокуратуру заявлений о взятках не поступало.
В прошлом году был вскрыт факт в отношении полковника Ныркова, военного комиссара округа Вязники. Возбуждено уголовное дело по поводу взяток за предоставление отсрочки от службы. Он взял по 6 тысяч рублей с двух призывников. Следствие достоверно установило, что полковник брал деньги не для личных нужд, а для ремонта здания военкомата. Об этом говорил он сам, это подтверждали “взяткодатели”. Установлено, что часть денег он действительно потратил на покупку материалов для ремонта.
Его действия были квалифицированы как злоупотребление служебным положением из личной заинтересованности. Офицер привлечен к ответственности, дело передано в суд.
– Отцы-командиры берут дань за увольнительные или отпуска, краску, доски, обои для ремонта казарм, оргтехнику. Известны ли вам такие факты?
– Несколько лет назад за подобное деяние было возбуждено уголовное дело в отношении подполковника Подоляка из Ковровского учебного центра. Он был осужден. Когда нам становятся известны такие случаи, мы принимаем меры в строгом соответствии с законом.
– Из частей Владимирского гарнизона часто бегут?
– Тенденции к росту таких преступлений нет. Но проблема существует. Мы постоянно ведем разъяснительную работу среди личного состава. По ставшим известными фактам возбуждаем уголовные дела в отношении лиц, оставивших место службы.
Есть воинские части, откуда годами никто не бегает. Нас больше всего беспокоит Ковровский учебный центр. Там в прошлом году количество побегов из центра увеличилось на 16 процентов.
– Почему бегут солдаты из нашей армии?
– Среди причин уклонения от службы первой я бы назвал морально-психологическую. Когда мы расследуем уголовные дела о самовольном оставлении части, то ссылки на неуставные взаимоотношения не всегда подтверждаются. Многие признают еще в ходе следствия, что факты неуставных взаимоотношений ими были придуманы для того, чтобы обелить себя в глазах родственников, попытаться избежать ответственности.
Если факты дедовщины подтверждаются, мы нередко устанавливаем и другое – они были не причиной, а предлогом для уклонения от службы. А это разные понятия. Причина в нежелании служить, переносить лишения службы. Мы воспитали инфантильное поколение, а теперь удивляемся происходящему.
– Был ли хоть раз наказан виновный в причине бегства солдата из армии? Или наказывают только самих дезертиров?
– Когда следствие выясняет, что причиной стали поборы и побои, мы прекращаем дело в отношении солдата – в его действиях нет состава преступления, а его умысел был направлен не на уклонение от службы, а во избежание дальнейших издевательств.
Сразу автоматически встает вопрос о привлечении к уголовной ответственности лиц, допустивших противоправные деяния. Такие случаи были в Ковровском учебном центре и в части, дислоцирующейся в Петушинском районе.
– Известны случаи самоубийств среди срочников: в Муроме летом 2002 года, в Коврове в декабре 2003 года. Чтобы молодой человек наложил на себя руки, должны быть серьезные причины. Наказывают ли виновных в доведении до самоубийства?
– Случай с рядовым Алехиным говорит о том, каких людей мы призываем. Часто мы только декларируем, что в армию должны призываться физически и психически здоровые молодые люди. В каждом случае гибели солдата мы возбуждали уголовное дело и обязательно отрабатывали версию о возможном доведении до самоубийства. Ни в одном случае она не подтверждалась. Всегда причина кроется или в проблемах с психическим здоровьем, или в бытовых неурядицах.
– Как часто это случается?
– Каждый год мы теряем по 2-3 человека. И гибнут не только солдаты. Не так давно из-за ссоры с женой застрелился из табельного оружия прапорщик одной из воинских частей, дислоцированных во Владимирской области. Многие причины суицидов тянутся еще с гражданки.
Ольга ЛЕОНОВА.
Фото автора.
г.Владимир.

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике