из первых уст

Вернувшись с "Фабрики звезд" в родной Гусь-Хрустальный, Роман Барсуков поделился с прессой подробностями своей тележизни

из первых уст

Тяжела ты, жизнь "фабричная"!

Вернувшись с "Фабрики звезд" в родной Гусь-Хрустальный, Роман Барсуков поделился с прессой подробностями своей тележизни

– Роман, номинация на выбывание закончилась не в твою пользу. Есть обида?

– Да нет у меня никакой обиды. Во-первых, и силы свои нужно реально оценивать, да и усталость уже накопилась изрядная.

– Твои первые эмоции?

– Сначала я хотел бы выразить большую благодарность своим родителям, друзьям, знакомым и незнакомым, всем жителям города Гусь-Хрустального и района, кто поддерживал меня все это время. Спасибо!

– На последнем отчетном концерте меня лично сразили две неожиданности: Ирина Ортман, обязанная тебе своим пребыванием в Звездном доме, от тебя отвернулась, а Леся Ярославская, от которой уж точно никто не ожидал твоей поддержки, вдруг отдала свою звезду тебе. Тебя это не удивило?

– Там есть два варианта: либо удивляться всему, либо – ничему. В отношениях между нами ясности не было. Один день – хорошо, на другой – вдруг откуда-то появлялось напряжение.

– Многим показалось, что твои отношения с Русланом Куриком так и не стали дружескими, а он там все-таки один из неформальных лидеров.

– Курик – несомненно одаренный человек, и мои отношения с ним складывались по-разному. Он очень здорово помог мне еще на кастинге. Помогал и потом. Он всегда полон энергии и приколов.

– А твой левый крюк по его челюсти – это знак благодарности?

– Думаю, это было оправданно и пошло ему на пользу.

– А у вас там был телевизор?

– Нет. Связь с "большой землей" была только по телефону. Много сообщений приходило по электронной почте, но выхода в Интернет мы были лишены.

– А кто еще помогал тебе готовить твои выступления?

– Юля Михальчик. Она вообще молодец! Прекрасный голос, которым она многих выручала, подпевая высокие ноты.

– Ваша дружба с Михальчик в эфире не просматривалась, зато отношения с Ортман вызывали неподдельное любопытство.

– Я считаю, наши гусевские девчонки лучше.

– А у других пар что-то было? Например, показывали откровенный роман Светиковой и Голубева.

– Что было, то и показывали.

– Камеры снимали вас всегда и везде?

– Даже в туалете, но это не подглядывание, а обеспечение безопасности, вдруг с кем-то плохо будет.

– Охраняли здорово?

– Иногда до лютовства. Когда Сличенко выбыл с "Фабрики", а потом во время концерта попытался зайти к нам в гримерную, его жестко развернули. Наверное, ему было очень обидно.

– А откуда у тебя появились шрамы на голове и на брови?

– Это задумка нашего стилиста Шевчука. Он заказал мастерам сделать из меня итальянского мачо, вот они и постарались, выстригли.

– Ты никогда не скрывал своего поклонения Николаю Носкову. Личная встреча удалась?

– Однажды я иду по холлу, смотрю, стоит Носков и курит. Просто так стоит, обычно, не по-звездному. Я сначала просто опешил, оттого и подойти не решился (говорят, Носков очень неразговорчивый), но потом телевизионщики все устроили, мы познакомились, пожали руки и даже спели в один микрофон.

– Вы и с Маршалом спели!

– Да. Он, кстати, очень здорово мне помогал. В студии жара, я в костюме, волнение необыкновенное. Я взмок до нитки. Он видит, что я переволновался, наклонился и шепчет: "Как тебе вон та девчонка во втором ряду?" Сразу как-то напряжение спало, и допел я уже гораздо спокойнее.

– Пели под фонограмму?

– Все, за исключением Курика. В его стиле живой звук необходим, но настройка аппаратуры (например, с "БИ-2") в таком случае просто утомляет.

– А когда вы узнавали о том, с кем будете петь в пятницу?

– Буквально в начале недели, в понедельник-вторник.

– А сколько длится совместная репетиция со знаменитостью?

– Очень мало. Мы разучивали песню по аудиозаписи, а затем перед выходом на сцену шел маленький совместный прогон – тракт, вот, собственно, и все. Номера с хореографией, с мотоциклами репетировались дольше. Я, кстати, на той "Ямахе" Кузьмина тоже прокатнулся.

– Ты с самого начала держался в тени и в стороне. Может быть, поэтому на заключительном концерте и прозвучало обидное слово "провинциал". Если бы начать сначала, ты бы вел себя по-другому?

– Вообще противно было видеть, когда начиналась откровенная работа на камеру, на зрителя, махание хвостами. Но, повторяю, это – шоу! Возможно, если бы начать все сначала, то и я вел бы себя поактивнее.

– Как звездные полуфабрикаты реагировали на твою провинциальность?

– Мне это было безразлично. Считаю, что здорово себя вел москвич Олег Добрынин, который был старше всех нас, известен в звездных кругах, и тем не менее он никогда и ни перед кем не демонстрировал какого-то своего превосходства.

– Как вы расстались с продюсером?

– Шульгин сказал, что ему понравились две записанные со мной песни и мы будем записываться еще.

– А вам что-то говорили о предстоящих гастролях?

– Пока это тайна, покрытая мраком.

– Говорят, что у тебя уже появились предложения от представителей ряда московских клубов, и в Гусь ты больше не вернешься.

– Это все чушь и бред. У меня подписан контракт с Первым каналом, и до завершения проекта никакие другие предложения просто нереальны.

– Ты будешь ездить на пятничные концерты?

– В ближайшую пятницу не поеду. Нужно надышаться свежим воздухом, со всеми встретиться, всех поблагодарить. А потом, конечно, поеду.

Александр ЧИСТЯКОВ, "Новая афиша" – специально для "Призыва".
г.Гусь-Хрустальный.

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике