на весах фемиды

Александр Шамов: Сидел не хуже других

Громкое дело Александра Шамова, сына экс-мэра Владимира, месяц не сходит со страниц прессы. Забыть о нем читателю мы не даем – есть интрига, события развиваются динамично. Нам удалось взять эксклюзивное интервью главного действующего лица, гендиректора фирмы "Консоль" Александра Шамова.

Бизнесменов
на нарах много

– Как сиделось, Александр Игоревич?

– Сидел не хуже других. Неделю находился в КПЗ. Примечательный факт – я там был в одной камере с директором суздальского ГТК Эдуардом Николаевичем Щекиным. Примерно та же ситуация, что и у меня. И о СИЗО могу сказать – коммерсантов сидит очень много.

В 6-местной камере следственного изолятора одновременно находилось 9-10 человек. Знаю, что бывают условия и хуже. В некоторых камерах заключенные спят по сменам. Мы старались соблюдать чистоту. Проводили определенные меры дезинфекции. Конфликтов между сокамерниками не было.

Понятно, что тюрьма – не курорт. Практически нет движения. Часовая прогулка положения не спасает. Дворик тюремный небольшой, не расходишься, физических упражнений не поделаешь. Были случаи, когда снимали с прогулки. Из-за чего? Многие заключенные сидят в СИЗО по нескольку месяцев и на женщин-надзирательниц реагируют неадекватно.

Подследственным разрешают передачи хоть каждый день. Но тяжело передать – очереди. К тому же допускается только определенный набор продуктов, сухой паек. Я сидел практически без горячего. Чтобы есть тюремный супчик, надо о-о-очень оголодать.

Поэтому и обострились хронические заболевания: гипертония и язва. Вот и беседуем мы с вами в палате "Красного креста".

Чистая уголовщина?

– Неприятности с законом вам прочили с тех пор, как ваш отец, Игорь Шамов, проиграл выборы. Вы ожидали, что когда-нибудь придется и в СИЗО побывать, причем не в качестве экскурсанта?

– Весной прошлого года в фирме "Консоль" произошла выемка документов во время проверки. Но уголовное дело из этого соорудить не смогли. Закончилось тем, что на меня, как на руководителя, наложили штраф. В этот раз достаточно высокие милицейские чины мне сказали открытым текстом: "В прошлый раз не получилось, получится в этот".

За 2 недели до задержания один человек меня предупредил: "Тебя до выборов закроют". Честно сказать, это не первое предупреждение, и я не отнесся к нему серьезно. В итоге для меня арест стал полнейшей неожиданностью. Хотя и раньше наблюдалось пристальное внимание к моей деятельности.

Пока я не увидел в коридоре ОБОПа Михаила Ефименкова, одного из собственников дома N7 по ул. 24 Декабря, не было ни одного предположения о поводе. Позже выяснилось, что именно он написал заявления в ОБОП и прокуратуру: "Шамов склонял к преступлению". По версии Ефименкова, я "заказал" бывшего владельца дома Евгения Сапоровского.

– То есть вы просили за вознаграждение убить или покалечить Сапоровского?

– Во-первых, хочу подчеркнуть, что всего этого не было – была и пока остается лишь версия Ефименкова. В заявлении (кстати, подозрительно юридически грамотно составленном) Михаил определил, что "Шамов просил сделать так, чтобы у Сапоровского наступило психическое расстройство".

– Методы в заявлении не указаны?

– Нет. Что подразумевается под психическим расстройством – тоже.

– Михаил Ефименков живет в доме раздора недавно. Переселился он туда по собственной воле, поменяв комфортабельную "двушку" на часть дома без удобств.

– Думаю, Ефименков и Сапоровский хотели сделать бизнес. Законодательство такие сделки не запрещает. Сапоровский – парень неглупый, он решил не ждать расселения, а продать свою долю в доме. Он уговорил Михаила поменять квартиру, в которой, кроме его семьи, проживала бабушка, на эту халупу. В результате у Ефименкова получалось улучшение жилищных условий, ведь каждого прописанного в доме под снос "Консоль" (или другая строительная фирма) должна обеспечить отдельным жильем. Бабушка успела получить квартиру, Михаил тоже будет при жилье. Другого выхода нет – дом снесут, стройплощадка подошла к нему вплотную.

Сын за отца

– Компетентные органы настаивают, что в вашем деле нет никакой политики. Вы согласны?

– Не хотелось бы отвечать. Говорят, не будите спящего медведя, но, думаю, что все и так понимают, откуда ветер дует.

– Вы не хотите конкретизировать, откуда ветер дует?

– У меня нет фактов обвинять кого-либо. Есть мысли и некоторая информация. Но я не работник правоохранительных органов, я не могу собирать материалы и доказательства, а значит – не могу никого обвинять. Иначе это может кончиться делом о защите чести и достоинства.

– Ваша версия, почему громкое дело с брэндом "Шамов" закрутилось именно сейчас?

– Это можно связать и с политикой, и экономикой. Я являюсь лидером регионального отделения партии "Развития предпринимательства". Может быть, кого-то не устроило, что коммерсанты объединяются, чтобы отстаивать свои интересы и вести диалог с властью уже как партия.

Впрочем, я своих политических амбиций по поводу предстоящих выборов нигде никому не высказывал. Планов на выборы не имел. Баллотироваться в какие-либо органы власти не собирался. В Госдуме, например, мне нечего делать. Это просто не моя работа. Карту мученика я тоже разыгрывать не собираюсь.

Возможно, это – конкурентная борьба и передел собственности.

Возможно, что просто сын отвечает за отца. Все возможно. Последняя версия кажется мне в этой ситуации самой реальной. Отец во время предвыборной кампании был предупрежден о подобном развитии событий.

– Если остановиться на этой версии, то возникает вопрос – неужели Шамов-старший вновь собирается баллотироваться?

– Нет. Я думаю, что это элементарная месть. Формы она может принимать какие угодно, в том числе и давление на детей Игоря Васильевича. Слава Богу, что мне позволяют после вмешательства облпрокуратуры завершить начатое строительство. И дело не в лояльном отношении к коммерсанту Шамову. Не поднялась рука наказывать дольщиков. Просто не захотели недоброжелатели иметь проблем с непричастными к политике людьми.

– Это значит, что "Консоль" зажимают?

– Новых площадок фирме "Консоль" не дают. Ничем не мотивируя отказов.

Правда, справедливости ради заметим, что в таком же положении и другие строительные фирмы. Отсюда и падение объемов строительства почти в 2 раза. Доклады о росте и стабильности строительства в городе Владимире, мягко скажем, не соответствуют действительности. Наметилась тенденция – во владимирский строительный рынок рвутся москвичи. Вполне возможно, что скоро нас поглотят столичные строительные конторы.

Конечно, без работы мы не останемся. Нас бьют, а мы крепчаем. Но в целом картина складывается грустная.

Беседовала
Евгения Арефьева.

Фото автора.

г. Владимир.

хронология событий

14 августа

– В 10.15 в офисе фирмы "Консоль" был задержан гендиректор этой строительной организации Александр Шамов. Шамова-младшего подозревают в совершении двух тяжких преступлений – умышленном причинении тяжкого вреда здоровью (ст. 111, ч.3, п. "а" УК РФ) и поджоге (ст. 167, ч. 2).

16 августа

– После ознакомления с предоставленными следствием материалами Фрунзенский райсуд под председательством судьи Жанны Уколовой решил избрать меру пресечения – арест.

29 августа

– В кассационной инстанции Судебной коллегии по уголовным делам Владимирского облсуда об изменении меры пресечения решение Фрунзенского райсуда отменено.

2 сентября

– Фрунзенский районный суд изменяет меру пресечения. Шамова выпускают из СИЗО под подписку о невыезде из города на время следствия.

6 сентября

– Александру Шамову предъявлено обвинение в окончательной редакции. В обвинении осталась лишь одна 111-я статья УК РФ. В случае осуждения предпринимателю грозит лишение свободы сроком от 5 до 12 лет.

12 сентября

– Следствие продолжается.

Неудобный вопрос

Получил наличными

Из достоверных источников "Призыву" стало известно, что следствие располагает видеозаписью, на которой запечатлена передача Александром Шамовым денег Михаилу Ефименкову. По словам Михаила Ефименкова, полученные от предпринимателя деньги (1000 рублей) – это аванс за исполнение преступления. Оставшуюся сумму, 2000 рублей и тысячу долларов, Шамов должен был, якобы, заплатить позже.

– Вы передавали деньги Ефименкову?

– Передавал. Эти деньги Михаил просил в долг, ссылаясь на сложное финансовое положение: денег нет, жена в роддоме. Кстати, как выяснилось, меня не только снимали, но и слушали. Сегодня следователь мне сообщил, что сейчас проводится экспертиза: проверяется мой телефон в офисе на наличие устройств, блокирующих разговоры.

– Вы не боитесь, что кто ищет, тот всегда найдет?

– Вы намекаете на фальсификацию? Думаю, это исключено. С делом еще не знакомился. Но прочитал обвинительное заключение. Я со многим не согласен. Наблюдается не фальсификация, а некоторое передергивание фактов. Согласитесь, любую ситуацию можно трактовать по-разному.

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике