Обложка среды

Чтобы все были дома Октябрь стал черным месяцем для мамы пятерых детей Светланы Королевой из поселка со светлым названием Восход (Ковровский район). В два часа ночи 11 октября...

Чтобы все были дома

Октябрь стал черным месяцем для мамы пятерых детей Светланы Королевой из поселка со светлым названием Восход (Ковровский район). В два часа ночи 11 октября пожар быстро и безжалостно уничтожил ее дом и какой-никакой, но достаток. Малышей буквально пришлось вытаскивать из огня через окно. Похоже, Год семьи приготовил Королевым очередное испытание на прочность. Хорошо, что с бедой помогли справиться добрые люди.

С миру от ложки до комода
Поначалу погорельцев приютили соседи Кузнецовы. Дали кое-какую одежду. Потом пострадавших пустила под свой кров хорошая знакомая Светланы Вера Калашникова. Узнав про беду земляков, жители Восхода помогали, чем могли. Кто-то нес деньги, другие снабжали вещами, даже посудой.
Органы соцзащиты выделили 55 наименований одежды: брюки, юбки, футболки, нижнее белье, а также сумки и: игрушки – младшим сестрам надо было как-то "отходить" от шока. Добавили еще деньгами 3 тысячи рублей на "обмундировку". Эта помощь поступила буквально сразу же после полученного в райцентре известия о пожаре. Тетка Светланы, пенсионерка Клавдия Королева из поселка Малыгино, которой уже 80, отдала племяннице последние 6 тысяч рублей, хранившиеся на сберкнижке на похороны: "Возьми, Света, тебе сейчас нужнее!" На эти деньги были приобретены куртки для детей. Глава района Александр Клюшенков пообещал предоставить Королевым материальную помощь в размере 15 тысяч рублей. Этих денег семья ждет с нетерпением: впереди холода, а у ребят нет зимней обувки.
Тем временем глава Ивановского сельского муниципального образования Анатолий Рябов, в состав которого входит поселок Восход, подыскивал для погорельцев приемлемое жилье. Зима на носу, а даже у самых лучших друзей долго гостить такой оравой все равно нельзя. Не прошло и недели, как по согласованию с райадминистрацией Королевым предоставили квартиру в одноэтажном доме на станции Восход, который недавно достался муниципалитету от железной дороги. Здание приняли далеко не в лучшем состоянии, но для житья вполне пригодно. Недавно дом сдавали в качестве общежития для работников местного лесокомбината. Теперь одну из двухкомнатных квартир выделили Королевым. Благодаря хлопотам главы, лесокомбинат оставил им даже кое-какую мебель, включая кровати, и бесплатно выделил дрова – отопление в доме печное.
– Квартиру Светлане и ее детям пока выделили временно, – пояснил А.Рябов. – Но это лишь потому, что все их документы погибли в огне. Как только все бумаги будут восстановлены, то это жилье они обязательно получат в постоянное пользование. Может, и не самый лучший дом, но все-таки – крыша над головой!
О пожаре вспоминают часто. Светлана не сдерживает слез. В ту ночь в доме были все, да еще и соседский мальчик Валерик.
– В 2 часа ночи меня разбудил Руслан. Он играл на компьютере и услышал странный треск. Вышел в коридор, а там – пламя. Закричал, как завизжал: "Мамка, мы горим!".
Огонь почему-то занялся в пристроенном к дому туалете. Оттуда по просмоленным доскам перекинулся на стены дома. Впопыхах открыли настежь дверь, и сильный ветер мгновенно стал раздувать пожар. Через несколько секунд уже горело в нескольких местах, а потом так полыхнуло, что оставалось лишь спасаться. Пытались погасить пламя одеялом, да где там!
Хотели что-нибудь вынести из имущества, но впору было спасаться самим. Пожар так быстро распространялся, что пришлось выпрыгивать из окон. Дочек буквально выбрасывали в оконный проем. Руслан ловил их с другой стороны. Выбрались все, но имущество и документы сгорели полностью. Остались в ночных рубашках. И все! Впрочем, нет, не все. Спасли самую главную ценность – кошку Муську, совсем еще котенка:
Пожарные назвали причину – неосторожное обращение с огнем. В семье рассматривают другую версию. Светлана убеждена, что, защищая старшего сына Руслана, нажила врагов. И, кто знает, может, это их рук дело.
Отстраиваться на прежнем месте не собираются. И даже вопрос пока не поднимают. Это не по силам:

Крылышки для дочки
Мы приехали в поселок Восход, чтобы увидеть, как разместились Королевы на новом месте, и узнать, чем можно помочь.
:Никогда бы не подумала, что за неприглядной дверью в покосившуюся терраску может быть жилье. Но крохотная кухонька и две комнаты хоть и обставлены небогато мебелью, но оставляют приятное впечатление – уютно и чисто в новом доме Королевых. На полу – новенькие дорожки и ковровое покрытие. Рядом с печкой дрова, но в комнате прохладно.
– Не знаю, как зимой будем, топится-топится, а тепло не держится, – вздыхает Светлана.
Она выглядит много моложе своих лет: худенькая, как девчонка-подросток, с собранными в хвостик волосами. Усталый взгляд красных глаз и потухший смех корректируют представление о возрасте. Но, по сути, мало что изменилось в жизни Светланы с детских лет. "Сплошная серая полоса – сколько себя помню", – признается она и рассказывает о детстве.
Она и ее брат-погодок Сергей родились в Узбекистане. Глава семейства прочел о наборе рабочих на Кокандский шинно-ремонтный завод и сагитировал супругу на переезд. Но в солнечной республике детство не стало безоблачным.
– Папу мы видели редко, – говорит Светлана. – Он был плотником, постоянно калымил. А мама, сколько помню, не работала, выпивала. А вскоре забрала нас и уехала от отца.
Прошу ее вспомнить о том, как росла.
:Маленькая Света стоит перед витриной с игрушками и просит считающую копейки мать купить пупсика – маленького пластмассового человечка в крохотном конвертике.
– Мне и так не хватает, – обрезает ее мать.
Среди "ярких" воспоминаний ее детства – единственное платье: белое с мелкими желтыми цветочками, на подоле – оборка. Ходила в нем не один год. И босиком – зимой и летом. На другие вещи, равно как и на нижнее белье для девочки, денег у матери не было.
Частенько вместе с братом они голодные шли по соседям, прося хлеба.
– И всю жизнь так, сейчас иду в магазин даже с деньгами и унижаюсь – денег не хватает. Живу в долг.
Иногда мать уходила из дома и обещала принести гостинцы.
– Это сейчас я знаю, что шла она воровать и приносила нам с братом игрушки, естественно, не новые. Кур приносила мешками, даже помню, что мне всегда доставались крылышки. Мы сидели, ждали ее и радовались, не подозревая ни о чем нехорошем, – вспоминает Светлана.

Дом казенный – дом родной
Нину Королеву, мать троих детей, лишили родительских прав, когда младшему Саше не было и двух лет. Ребят определили в разные детские дома. Света вспоминает, как бегала к своим мальчишкам с гостинцами – печеньем и карамелью, не съеденными на полдник.
– Однажды пришла к Сашеньке, а его нет. Мне рассказали жуть. Мама забрала его на прогулку и столкнула под поезд. Допилась. Ей дали восемь лет.
Свету и Сережу забрала их владимирская тетка Клавдия Тихоновна – сестра отца, не имевшая своих детей. Но дом казенный снова стал родным. Муж тети не выдержал шумного соседства с новыми жильцами, тягостны были и хлопоты по уходу за ребятами. Они стали воспитанниками Собинского детдома. Вспоминает, как стояли первую неделю возле окна и рыдали.
Тетя регулярно приезжала к ним и брала ребят на лето.
:"Пытаю" Светлану о самых ярких картинках ее детства:
– А Новый год? Елка? Подарки? Это было?
– Были в детском доме. В Собинке очень хороший детский дом. Понравилось, привыкла.
Тетя оставляла ей деньги. Света тратила их на: платья.
– Первой модницей была?
– Да, платьев, одежды у меня было больше всех.
– Девчонки злились, завидовали?
– Завидовали, но я не жадная по натуре, делилась, на праздник мы обменивались друг с другом. А смотри, какие куртки я девчонкам купила! – неожиданно продолжает она "тряпичную" тему и срывается в соседнюю комнату.
Ярко-красные, модные, теплые – со вкусом у Светланы все в порядке. Жалуется, что покупать приходится все одинаковое – иначе будут ссориться.
– Я и на Новый год хоть в долги залезу, но обязательно стараюсь девчонкам по новому платью купить, туфли. Игрушками не балую, но тоже стараюсь покупать, порадовать. Некоторые сейчас злорадствуют – бомжами стали. Денег не пожалела – купила хорошие. Почему, если они без отца растут, хуже других должны быть? – спрашивает она у меня.
Не должны. И пока для Светланы это кажется логичным и естественным, Маша, Алина и Даша будут радоваться обновам. А вместе с ними улыбнется и мама.

Дождались
Света училась в восьмом классе, когда в Собинский детский дом приехала мама. Сережа отказался выйти к ней. А дочь пошла. Мама привезла большой пакет разных конфет.
– Были, видно, на кладбище набраны – как раз Пасха была. На руке след от часов – сказала, что продала их, чтобы купить коржик и бутылку лимонада.
Светлана признается, что в тот день не почувствовала к матери особых теплых чувств. Не было ни родства, ни общих приятных воспоминаний, ни тем для непринужденной беседы. Их следующая встреча была более эмоциональной.
Шесть лет назад столичные телевизионщики из программы "Жди меня" нагрянули к ней в гости. Оказалось, что последние 12 лет мать и дочь жили в паре часов езды друг от друга.
О владимирской "Агафье Лыковой" пять лет назад писали местные газеты, в том числе и наше издание. Читательница из Кольчугина сообщала нам в письме о женщине, которая уже 13-й год живет в лесу – "в таежном тупике у окружной дороги". У нее нет ни документов, ни средств к существованию.
– Она ведь милостыню не просит. Питается тем, что найдет в бачках. В городе ее некоторые знают, предлагают еду, а она отнекивается: "Не надо, вам самим пригодится", – рассказывали нам о затворнице горожане, навещавшие ее.
С их помощью мы и нашли землянку Нины Королевой. Дом в лесу она построила своими руками за короткое первое лето. В нашу область ее привела надежда найти дочь и сына. Когда отбывала очередное наказание в Ивановской области, навела справки и узнала, что ребята учились во владимирских ПТУ. После освобождения приехала в Кольчугино. Однако детей так и не нашла. И летом 1990 года обосновалась в лесу. Здесь и пережила одно из самых бурных российских десятилетий. В 2002 году попросила московскую дачницу помочь ей найти детей. Так в ее "таежный тупик" нагрянули телевизионщики из программы "Жди меня". Сняли землянку, взяли у затворницы интервью. На передачу она не поехала. Но дочь нашла – Светлана приехала со съемочной группой.
– Мы обнялись с матерью, и так жалко мне ее стало, что расплакалась, – вспоминала Светлана. – А все равно чужая так и осталась. Совершенно не помню ее по детским воспоминаниям. Но в тот момент, как человека, ее жалко было.
Почти никто в студии не смог сдержать слез, когда состоялось виртуальное воссоединение семьи. Ведущий поинтересовался у дочери, возьмет ли она мать. Светлана посетовала на собак, с которыми мать категорически не хотела расставаться.
– У меня дети маленькие, – говорила она ведущим. – Я боюсь ее своры собак.
– Может, намордники им купить? – предложили ей.
Те, кто видел Нину Дмитриевну после визита московских гостей, вспоминают ее приподнятое настроение: она ждала дочь и даже подбирала детские вещи, ведь у Светы четверо детей: старшему – 16, младшей девочке – 5. И ждали появления самой младшей.
Света предлагала брату перевезти мать, спрашивала совета.
– Ты не помнишь, как она бросила нас? Чему она научит внуков? – вопросом на вопрос ответил он.

Одна надежда на Бога, другая – на себя
Нина Королева так и умерла, не обретя родной дом. В поселке были те, кто осуждал Светлану: мать не взяла. Уверены: не мы судьи ей.
Есть один факт, который многое объясняет в поведении ее матери, ни в коем случае не оправдывая поступков. Тогда, в наш первый визит в ее землянку, она сказала, что родилась в 1941 году 31 декабря. Мы восхитились датой, а затворница отмахнулась:
– Это так просто поставили. Я же детдомовка, меня солдат на линии фронта нашел и принес. Так и получилась, что родом я из деревни Латышевка Дядьковского района Брянской области.
О том, как и почему девочки из детдома оказываются скверными матерями, психологи говорят много. И Нина Королева – еще один повод поговорить на эту тему. Но ее дочь Светлана хочет быть исключением из правил! Жалуется, что с работой в поселке не густо: моет полы в магазине да стрелки зимой чистит на железнодорожных путях. Пробовала работать на лесоучастке, но подвело здоровье.
– Когда муж умер, думала – в деревне легче, земля кормить будет, а на земле пахать надо, удобрять ее. Дети маленькие, мужа нет. Эх!
Каждое лето семья Королевых живет за счет грибов-ягод. В лес идут все, Светлана ездит в Ковров продавать, и за счет этого удается одеваться.
На очевидный вопрос – о прогнозируемом счастье многодетной матери – она отвечает стандартно: так получилось, не думала, что ребят будет так много.
– Убийство ребенка – грех великий. Не брала на душу. Бог мне всегда помогает. Да и надеялась, что найдется мужчина, который станет для ребят настоящим отцом. Таким, как первый муж, – говорит Светлана и вспоминает Игоря. Именно он научил ее готовить, хозяйство вести.
Они познакомились в общежитии и были вместе всего четыре года. Светлана считает, что это – лучшие воспоминания, счастливые годы. Да и старшие дети считают папу Гошу – единственным. Остальные мужья сбегали от большой семьи и еще большей ответственности.
Сейчас старшие сыновья Руслан и Алексей – в роли кормильцев. Светлана признается: росли без отца, иногда не молодцы. Учебу ребята закончили раньше срока. Руслан трудится на лесоучастке штабелевщиком. Алексей владеет несколькими строительными специальностями. А, кроме того, он – академик по уходу за малышами. Три сестренки на его руках выросли. Школьница Маша старается радовать маму в школе, а Алина и Даша – пока беспечные дошколята. Но посуду мыть помогут и в большой стирке участие принимают.
"У Светы – без просвета" – однажды метко подметил "призывовский" журналист, рассказывая о ее доме. Так было, так, увы, есть. Мы приехали, когда дома был только старший Алексей, и без смеха девчонок настроение здесь было, мягко говоря, подавленным.
– Реву и частенько от одиночества, от долгов, в которые по уши залезла, от всех неприятностей. Но ради детей, ради моих девчонок надо жить. Я привыкла к этой нищете, а после пожара и пропажи без вести самого старшего сына Максима (это произошло в 2004 году. – Авт.) поняла: самое главное – мы живы, здоровы. И надо продолжать жить.
Кто берется осудить ее за многодетность, за нищету, за самонадеянность, за стремление создать родной дом для ребят? Она строит его, как умеет. Получается не очень? Но ведь учителей было немного, а достойных примеров крепких семей и того меньше. Но рискнем предположить, что у девчонок и мальчишек Светланы Королевой образ матери будет симпатичным.
Тетя ругает ее, но помогает, односельчане осуждают, но сочувствуют. Их главный аргумент тот же, что и у Светланы:
– Я детей не бросила, в детдом не сдала и ни на одного мужика не променяла. Были те, кто предлагал сойтись, но взамен требовали отказаться от детей – слишком их много. Мне такое счастье не нужно.
:Однажды в детском доме Светлану, как примерную ученицу, решили отправить в Артек. Но приехала тетя, и девочка выбрала ее ДОМ.
– В своем доме всегда лучше. Я-то это точно знаю, – говорит Светлана.

Николай ФРОЛОВ, Светлана САЛАТАЕВА
Фото Н.Фролова

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике