Обложка пятницы

Стал бомжом из-за сына-алкоголика Александр Королев никогда и подумать не мог, что на старости лет останется без крыши над головой. Однако вот уже месяц 79-летний мужчина живет в...

Стал бомжом из-за сына-алкоголика

Александр Королев никогда и подумать не мог, что на старости лет останется без крыши
над головой. Однако вот уже месяц 79-летний мужчина живет в центре реабилитации для людей без определенного места жительства, потому что родной сын Николай буквально вынудил его уйти из собственной трехкомнатной квартиры. Рассказывая о том,
что с ним произошло, Александр Иванович не мог сдержать слез:

Сын бил отца молотком, чтобы получить дарственную
Вместе с сыном-алкоголиком пенсионер занимал в квартире одну комнату из трех. В остальных двух жили квартиранты, которых пустил Николай: 48-летний мужчина нигде не работал, и сдача в аренду комнат стала его единственным источником дохода. Александр Иванович рассказывает, как сын пропивал все деньги, которые давали ему постояльцы, а потом жил на отцовскую пенсию в 6 тысяч рублей.
В июне сын познакомил отца со своим другом Константином. В одной из комнат в квартире Королевых жила подруга Константина, так что мужчина часто наведывался в дом Александра Ивановича, был вежлив и общителен.
– А однажды ко мне приходит Николай и говорит: <Я Константина хорошо знаю, давай ты оформишь ему дарственную на квартиру>. Я говорю: да ты что, разве дарственную можно давать? Нас с тобой тогда из дома выгонят. Я на это дело не пойду: – вспоминает пенсионер.
Сын разозлился. Александр Иванович говорит, что Николай стал бить его чуть ли не каждый день. Однажды он пробил отцу молотком голову и даже не позволил вызвать врача. Александр Иванович хотел было позвонить в милицию, но Николай пригрозил привязать отца к кровати, если тот только попробует <сунуться к ментам>.
– Я мучился, мучился, а потом думаю: да черт с ней с квартирой, издевательства-то мне тоже не нужны. Ну и через неделю подписал дарственную, – говорит Александр Королев. – Константин этому, конечно, обрадовался. Говорил: дед, ты ничего не бойся, я тебя теперь в обиду не дам, ты будешь жить хорошо и вообще станешь у меня как сыр в масле кататься.

Ушел из дома, чтобы сохранить жизнь
Однако на деле все оказалось иначе. Во-первых, как уверяет пенсионер, сын продолжал его бить. И во-вторых, Константин начал ущемлять Александра Ивановича в деньгах. Дело в том, что свою пенсию Королев отдавал на хранение Константину (чтобы сын не отнял) и каждый день брал у него на питание по 100 рублей. За продуктами ходил либо сам пенсионер, либо их привозил Константин.
– И вот с того самого дня, как я подписал дарственную, началось: то 50 рублей даст, то 30. То из всех продуктов одного молока привезет – и все. Мы, бывало, вдвоем с Николаем по нескольку дней ели одну только манную кашу, – сетует Александр Королев.
Пожилой мужчина и так жил в постоянном страхе. А тут еще Константин начал при Александре Ивановиче частенько рассказывать про убийства: одного старика недавно в реке нашли, другого – на рельсы бросили:
– Я так подумал, что он намекает мне: мол, и с тобой то же самое можно сделать. Если честно, мне было очень страшно, когда я все эти рассказы слушал, – признается пенсионер. – И это стало последней каплей. Я решил уйти из дома.

Новоиспеченный бомж
На следующий день Королев-старший дождался, пока останется в квартире один, и стал собирать вещи. Уложил в пакет трое брюк, белье, мыло и документы. Это все. Пенсионер даже не взял ключи от дома, потому что твердо решил больше никогда сюда не возвращаться.
У Александра Ивановича был план: снять квартиру где-нибудь в сельской местности – там дешевле. Он поехал в село Небылое Юрьев-Польского района, но не смог найти там жилье.
– Потом какая-то женщина сказала мне, что в церкви при Свято-Успенском мужском монастыре требуются работники. И я пошел туда. Но меня как калеку не взяли: ноги больные, еле хожу. Я в монастыре поел и переночевал, а с утра поехал обратно во Владимир. Стал там квартиру искать. Тоже ничего подходящего не нашел. Думаю, пойду в собес, может, там что подскажут:
Однако в собес Александр Королев опоздал, учреждение закрылось за несколько минут до его прихода. Податься пенсионеру было некуда, и ближайшую ночь ему предстояло провести под открытым небом. Неподалеку от собеса новоиспеченный бомж увидел трубы, на которых и переночевал.
– Я постелил на них все белье, которое у меня было, и лег. Да всю ночь глаз не мог сомкнуть. А еще дождь меня застал: Еле дождался, когда утро наступит. Кое-как добрался до собеса, раз пять, наверное, падал по дороге, ноги от усталости и голода подкашивались. Синяки на теле до сих пор остались, – плачет пожилой мужчина.

Не вернусь домой, пока там сын и квартиранты
Работники соцучреждения не знали, чем помочь пенсионеру. Но потом кто-то из них позвонил в центр реабилитации для бездомных и попросил выслать за старичком машину.
– И вот часа через два меня привезли сюда. Я раньше даже и не знал, что такое учреждение есть, – говорит Королев. – Месяц я уже здесь, из дома 20 августа ушел. Жду, когда меня определят в интернат для престарелых. И я даже согласен, очень желаю туда попасть. Обещали меня в Ковров отправить, я говорю, хоть на край света, лишь бы не домой.
Пенсионер говорит, что, уйдя из дома, он впервые за долгое время почувствовал себя свободным. Но, несмотря на это, Королева все равно время от времени одолевает страх, что его могут убить.
– У меня сейчас все более-менее нормально, только боюсь сына и его друга. Домой бы, конечно, хотелось вернуться, но пока там живут Николай и квартиранты, не могу этого сделать, – признается Александр Иванович.

Дети мстят за смерть матери?
Кроме Николая, у Королева еще двое детей – дочь Галина и сын Алексей. Казалось, было бы вполне логично, если б они заступились за отца: взяли его к себе жить и опротестовали дарственную. Однако пенсионер говорит, что не примет помощи от детей. Александр Иванович признается, что у него не сложились с ними отношения и вместе жить они не смогут.
– Я пробовал раньше, но каждый раз возвращался к себе. Они меня не бьют, как Николай, но я чувствую, что я им в тягость. И что они меня не любят, – плачет Александр Иванович.
Пенсионер говорит, что у Галины и Алексея (в отличие от Николая, которого мать не любила и перед смертью даже запретила сыну подходить к ее гробу) были очень хорошие отношения с матерью. Они прекрасно общались, жена помогала растить внуков. А четыре года назад женщина умерла от сердечного приступа.
– Возможно, дети сейчас мстят мне за то, что мы с женой плохо жили, часто ругались. Дети ставят мне это в вину.

Пенсионер не сообщил родным, где он сейчас живет
В силу возраста, не очень хорошего самочувствия и пережитых волнений Александр Иванович иногда заговаривается: ему кажется, что его преследуют или что дети, считая отца обузой, сговорились его извести. Из-за страха и неуверенности в том, что дочь и второй сын захотят ему помочь, пенсионер ни разу за весь месяц не позвонил никому из своих близких. Он даже не знает, ищут они его или нет.
Вероятно, остаток дней мужчине действительно предстоит прожить в интернате для престарелых. И самое ужасное даже не это. А то, что он рад такому повороту событий. И еще страшнее от того, что, к сожалению, никто из нас не может быть застрахован от подобной участи.

Анастасия ВРАНЦЕВА
Фото автора

Комментарий специалиста
Андрей Николаев, юрист: – Подобная история – не единична, но что-то советовать в такой ситуации трудно. Конечно, правильнее всего было бы сказать: не подписывайте подобные документы. Но когда за отказ сделать это вас бьют молотком по голове, то подобным советом вряд ли можно воспользоваться.
Другое дело, что теоретически любой документ, который был подписан человеком при обстоятельствах, в которых на него оказывалось давление, можно опротестовать. Однако не всегда это бывает просто сделать. Каждый случай надо рассматривать индивидуально.

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике